Король и плясунья

– Придворный реверанс, мой дорогой, придворный реверанс! Как ты думаешь, может простолюдинка его сделать перед королем? А эта Амиретта опустилась передо мной машинально, то есть сказалась выучка. Она даже не подумала, что простолюдинки не умеют так грациозно приседать! И еще вспомни, на ней ведь были дорогие шелковые чулочки и тонкие туфельки, а не грубые башмаки.

– В самом деле, ваше величество, – Гавроль подосадовал, что сам не додумался до этого. – Но что вы прикажете делать дальше?

– Пока ничего. Скоро осеннее представление ко двору всех юных дворян и дворянок.

У нее как раз подходящий возраст, лет семнадцать, не более. Ранее ее мне не представляли, я бы запомнил эти озорные глазки и лукавое личико. Вот после представления и ясно будет, как поступить.

Представление молодой дворянской поросли проходило в тронном зале. Входили представляемые в одни двери, выходили в другие. Король встречал их с прохладной учтивостью, приводя в торжественный трепет. Церемония длилась несколько часов, и все это время он ждал, что плясунья вот-вот появится.

Но она не появилась. После знакомства с королем для юных дворян по традиции был устроен бал, на который Арнольд, тоже по уже устоявшемуся обычаю, не пошел. Он сидел в своем кабинете, задумчиво барабаня пальцами по подлокотнику кресла, когда к нему с поклоном вошел начальник стражи.

– Среди юных дворян ее не оказалось. Что мне предпринимать дальше? – спросил он, исподтишка наблюдая за выражением лица короля.

Оно было спокойным, как обычно.

Гавроль досадливо поморщился, впрочем, едва заметно, чтоб не привлекать внимания слишком уж проницательного Арнольда. Жаль, если тот забудет об этой плясунье, как забывал о множестве других красавиц, с которыми его знакомила тетушка. Начальник стражи перевел взгляд на портрет немыслимой красавицы, стоявшем перед королем и сочувственно вздохнул: изображенная на нем принцесса давным-давно упокоилась в далекой северной стране.

Он знал, что король видит вовсе не изображенную на холсте Лусию, а спасшую его Амирель, которая, по слухам, была точной копией принцессы, если не считать цвета волос.

Но Амирель стала королевой в той самой северной стране, что и принцесса с портрета, и ее любящий супруг вряд ли бы обрадовался, узнав о столь нежной склонности к ней короля Фарминии.

Так что Арнольду давно нужно найти себе пару и задуматься о наследнике. В тридцать с лишним лет королю положено иметь хотя бы одного сына. Об этом беспокоится вся страна.