Ученица особого назначения

А еще я чувствовала, что ей приятны мои прикосновения.

Не могла видеть Акси, но улавливала ее эмоции. Это было так волнующе, что я позабыла обо всех сомнениях и страхах. Даже о плохом самочувствии.

— Как видишь, твоя вторая сущность может жить не только в воде, но и на суше, — пояснил Фокс. — При этом способности ее остались прежними. Я имею в виду регенерацию. Как только тебе станет лучше, выясним — что получила ты.

На следующий день я смогла разлепить глаза и увидеть Акси. Она стала еще более милой и сильнее походила на забавного дракончика.

Прыгала возле моей кровати и повиливала хвостом, на котором теперь красовалась пушистая белая кисточка.

Моя внешность почти не пострадала от инициации. Разве что волосы стали более густыми, глаза фиалковыми, да кожа побелела. В некоторых местах она все еще шелушилась, Но Фокс уверял, что это пройдет.

— Отеки с глаз спадут, — добавил не без гордости. Ведь это он приложил руку к созданию нового бестера. — Кожа станет гладкой и шелковистой.

Больше я не напоминала чернавку из Углинска, скорее представительницу голубых кровей.

Это они боялись солнца и даже на прогулку выходили в перчатках и с зонтиками.

— Видела бы меня сейчас тетка Нюра, — вздохнула я.

— Через мой труп! — объявил Фокс.

Я посмотрела на него со смесью растерянности и удивления. Обычно сдержанный директор — и вдруг такая вспышка. В академии ходили слухи, будто Фокс вообще не способен проявлять эмоции. Стал машиной — для убийства и исследования. Хладнокровный бестер и неутомимый ученый.

И вот нате вам!..

— Почему? — уточнила я. — Что плохого в том, чтобы Нюра поняла, как сильно во мне ошибалась? Я могу быть не только чудовищем…

Он улыбнулся и ласковым тоном произнес:

— Если бы хоть кто-то из клиентов игорного дома увидел тебя сейчас, то с легкостью продал душу за ночь с тобой. Отойди от зеркала, мое прекрасное чудовище, давай вернемся к изучению способностей — твоих и Акси.

С этой минуты начались тренировки по «укрощению» моих бешеных квадров.

Без порошков и инъекций справиться с ними оказалось не так просто. Подавить — невозможно вовсе. Сила бурлила во мне, как в кипящем котле. Выплескивалась через край, сводила с ума меня и Фокса.

— Я не выпущу тебя из флигеля, пока не добьюсь безопасности, — говорил он. — Пробуй снова!

Я послушно концентрировалась и пыталась обуздать квадры. Сопела и пыхтела, доводила себя до головной боли и полного изнеможения.

— Все бесполезно! — объявила однажды.