Дом без зеркал, или Волшебная формула счастья

В таких ноги долго не будут отекать. Затем накинула на плечи кашемировый палантин, потому что в доме прохладно, и вышла из комнаты.

Коридор встретил меня голубым светом бра, золотистой лепниной на стенах и запахом сандала. Видимо, специально ароматизируют помещение. Я прошла прямо до лестницы и спустилась по мраморным ступенькам, которые потрудились покрыть тёмно-синим сукном, прямо в гостиную.

Там у овального стола перед огромным камином, где во всю полыхает, меня ждал Тихон.

— Софья, вы быстро, — сказал он с улыбкой и пригласил к столу, отодвинув стул с резной спинкой.

Меня разрывало от противоречий и сомнений, но, за неимением других вариантов, пришлось кивнуть и сесть на предложенный стул.

— Завтрак сейчас подадут, — сообщил Тихон, выглядывая из-за спинки и крикнул в строну: — Пашка, командуй!

Где-то звякнуло, а через несколько секунд, в гостиную, покачиваясь под весом громадных подносов в обеих руках, вошёл Пашка.

Тихон покачал головой.

— Не можешь без кривляний, — сказал он. — А если уронишь?

Счастливая улыбка на губах Пашки стала шире, он ответил с задором:

— Не уроню.

Я упражнялся!

— Упражнялся он... — проворчал Тихон. — Ставь и улепетывай, пока хозяин твоих выделываний не увидел.

При упоминании о хозяине Пашка сразу присмирел, быстро поставил накрытие крышками подносы и сквозанул куда-то. Я второй раз за утро слышу об этом хозяине и оба раза им пугают других. Возможно, и мне стоит бояться. Хотя за последние сутки я и итак только и делаю, что трясусь и ору.

— Приятного аппетита, Софья, — с дружелюбной улыбкой сказал Тихон и открыл крышку подноса.

Одуряющие запахи жареных куриных ножек, ароматных тостов, сладкого пудинга и каши с фруктами закружили мне голову. В желудке голодно квакнуло, а рот наполнился слюной. Обведя это благолепие взглядом, я шумно сглотнула и проговорила:

— Мне все это нельзя...

Тихон вытаращил на меня темно-карие глаза и поинтересовался:

— И кто же вам запретил?

— Я...

Спина Тихона резко выпрямилась, во взгляде засветилась решимость, а он сказал уверенно:

— Немедленно начните разрешать себе больше!

Мне снова померещилась насмешка.

Подруги Алины, те самые, которые не берут меня в компанию и тусуются с парнями с физкульт-курса, регулярно это делали. Я даже как-то привыкла. Хоть и не смирилась. Иначе не продолжала бы воевать с лишним весом и мучится диетами.

Даже не знаю, откуда во мне взялась смелость с укором посмотреть на Тихона и ответить:

— Вроде взрослый человек, а издеваетесь.