Дом без зеркал, или Волшебная формула счастья

Затем сделал небольшую паузу, за которую успел с задумчивой возвышенностью посмотреть в окно, и произнёс:

— А бьётся он как раз с теми, кто пришел по вашу душу.

Тихон развернул ко мне голову и посмотрел, не моргая, так пристально, что мне стало жутко, а в желудке неприятно заворочалось что-то холодное и тревожное.

— П..по мою? — не поверила я, потому что когда об этом упомянул Окамир, в серьез его слова не восприняла.

— Так и есть, — с печальным вздохом ответил управляющий и все-таки отвел свой страшный взгляд.

— Окамир говорил ведь, что есть сиятели и управники. Все люди так или иначе либо те, либо другие. Кто-то в большей мере, кто-то в меньшей. Иные и вовсе что-то среднее. Но есть и третьи.

Взгляд Тихона снова остановился на мне и руки мои невольно затряслись, пришлось поставить чашку на кофейный столик, чтобы не расплескать.

— Кто? — похолодевшими губами спросила я.

Набрать воздуха для ответа Тихон смог, но ответить не успел, потому что входная зверь с грохотом распахнулась, ударившись в стену.

Гулкие шаги протопали по суконному ковру к арке. Обернувшись, я вздрогнула — Окамир взъерошен, волосы растрёпаны, глаза в прямом смысле горят синим пламенем, на щеке глубокая рана, а полупрозрачные латы сияют ярче лампы.

По лицу Тихона я поняла — дело неладное. Тот кинулся к хозяину, на бегу вытаскивая из кармана какой-то мешочек.

— Пашка! Бегом грей ванну!

Пашка, которого до этого было не видно, возник из-за арки, будто все время там и ждал. Лицо перепуганное, глаза круглые.

— Сию секунду! — крикнул он и метнулся куда-то по лестнице.

— Хозяин, сейчас, сейчас... — торопливо проговорил Тихон и стал сыпать в ладонь порошок из мешочка.

Взгляд Окамира сделался мутным, он обвел им всю гостиную, на мне задержался на долго. Его рука поднялась и потянулась ко мне, а затем его глаза подкатились и хозяин дома с грохотом всего могучего тела упал на пол.

Я в каком-то полусне наблюдала, как в панике носится Тихон, как кричит и что-то тарахтит Пашка. Вдвоем они умудрились затащить его на верх, а когда я, оторопелая, пошла следом, то увидела, как они прямо в одежде запихивают его в исходящую паром ванну.

Сомкнувший веки Окамир обмяк и, похоже, лишен чувств. Его руки бессильно свесились по краям ванны.

— Что с ним? — спросила я шепотом.

Тихон положил руки хозяина в воду и ответил, печально глядя на него:

— Ему сильно досталось.

— А разве Бессмертные могут... ну... вот так пострадать?

Голос Тихона прозвучал грустно в тишине ванной комнаты.