Русалка для слуги Кощея

– Теперь довольна? – поинтересовался он, указывая на голые скалы и галечную отмель. – Богатые угодья, нечего сказать. И то, что есть, в прилив, наверняка, скроется под водой.

– Ты не оставил мне выбора! – сердито глянула на изменника Даждьроса, в глубине души понимавшая, что в чем-то он прав.

– Могла хотя бы спросить, где мы находимся! – после нескольких безуспешных попыток подняться кое-как утвердился на ногах Велимор, скорбно глядя на разбитый корабль. – В этой части моря и человеческого жилья-то почти нигде нет.

– А зачем тебе люди? Ты же считаешь их ничтожными смертными! – фыркнула в ответ Даждьроса.

– Ты права! – по-собачьи отряхиваясь, кивнул Велимор. – Люди мне и вправду не нужны. – А вот до Змейгорода или других селений ящеров я бы хотел добраться.

– Что ты задумал? Сородичи тебя не примут, – непослушными губами проговорила Даждьроса, предполагая и отказываясь верить.

– Я говорю не о себе, – поводя могучими плечами под кожаной курткой, угрюмо отозвался ящер.

Он повернулся к Даждьросе, и она едва не упала, пронзенная взглядом зеленых суровых глаз. Хорошо, что Велимор не принадлежал к народу василисков, а сила ледяного копья работала как-то иначе.

– Неужели ты думаешь, если бы ты не сказала мне про сестру, я бы позволил буре взять над собой верх? Называется, выбрала время!

– А ты раньше и не спрашивал!

– Ладно, что толку воздух сотрясать! Вода прибывает! – бросил Велимор, направляясь в сторону корабля.

Даждьроса только сейчас обратила внимание, насколько он сильно хромает.

– Ищи все, что может пригодиться, чтобы продержаться несколько дней, – терпеливо объяснял Даждьросе Велимор и тащи туда, – указал он на пологую площадку возле гребня скалы. – Будем надеяться, что прилив так высоко не поднимется. Пресную воду, съесные припасы, оружие, кремень. Шлюпку буря унесла еще в самом начале.

– Зачем тебе шлюпка? – принимаясь за поиски, удивилась Даждьроса. Ты разве не можешь улететь отсюда на крыльях?

Велимор глянул на нее с видом дикого ящера, у которого пытаются отобрать добычу.

– Крылья я потерял в том злополучном бою, – отзывался он глухо, отбирая ее крюк и подцепляя одну из досок обшивки с таким видом, будто хотел на бедной деревяшке выместить всю свою досаду и боль.