Русалка для слуги Кощея

Иные пытались оказать сопротивление, но с костяными острогами и каменными топорами против булатных мечей не много навоюешь. Да и куртки из оленьих шкур защищают куда хуже кольчуг тройного плетения, пластинчатых доспехов и окованных железом щитов.

– Кто они? – спросила Даждьроса, обозревая картину побоища, в свете погожего дня выглядевшую еще более жуткой и почти нереальной. – Неужели за мной пришли?

Конечно, в годы жизни среди соплеменников, ей случалось оборонять Змейгород от вражеских набегов, да и во время памятного нашествия Кощевой рати она стояла с луком на стене.

Однако сейчас, особенно после приключения с медведем, все еще почти без магии да в чистом поле она чувствовала себя слабой и беззащитной.

– Не похоже, – озабоченно отозвался Велимор, проверяя оружие.

Броню он оставил в становище, но с мечом никогда не расставался.

– Инор Кривозуб, конечно, прежде служил Кощею, но его прогнали. На Ледяных островах не нужны никчемные трусы.

Видимо, настолько опустился, что уже не брезгует бедняками-ищущими, у которых и взять нечего, и сами они как рабы даже для жертвоприношений не годятся!

Даждьроса подумала о том, что захватчики выглядят и действуют хуже порождений Нави. Впрочем, лиходеи и душегубы, которых не приняла Славь, обычно после смерти пополняли их ряды. Бедным оленеводам посмертие тоже не сулило ничего доброго. Если становище разорят и некому будет свершить погребальные обряды, души погибших не смогут попасть в чертоги Предков.

А о том, какая участь ожидала тех, кого разбойники оставят в живых, Даждьроса старалась даже не думать, вспоминая колодки и цепи в клетушках и коморках на корабле Велимора, видя, что, без стеснения уже творят над пойманными женщинами захватчики.

И как этому помешать, Даждьроса не знала. Не Велимора же просить! Он всех людей считает презренными смертными, Хотя он последние дни делил с ищущими хлеб и огонь, они для него оставались чужими.

Но почему отступник, обнажив меч, решительным шагом направляется вдоль бровки, примериваясь, как бы побыстрее спуститься вниз.

– Сиди здесь и не высовывайся, – на ходу бросил он. – Или, если не боишься, попробуй собрать и вывести уцелевших женщин и детей. Посмотрим, что эти отребья сумеют противопоставить настоящему воину.

Он спрыгнул вниз почти на головы захватчиков, и вокруг него закрутилась бешеная пляска смерти.