Наложница

А потом сильная рука схватила меня за шиворот, и кинула на круп коня. И я опять повисла вниз головой. Но, на этот раз у меня была цель , и уж не знаю как, я смогла — ерзая, извиваясь, цепляясь за лошадь руками — усесться позади всадника, и обхватила его за талию, что бы не свалиться. И почувствовала сладко-дымный, знакомый аромат, на этот раз смешанный с запахом крови… Уткнувшись лицом в волосы, закрывающие широкую кольчужную спину Асты, заплакала — теперь уже, от облегчения. Астахан был единственный из прошлой жизни, в этой реальности, в этой степи.

Конь несся рысью прочь от битвы. Впрочем, наверно там все кончено. Что будет с похитителями и их жертвами, меня не волновало — главное, сама в безопасности.

Неожиданно, лошадь замедлилась и остановилась. Я замерла и сжалась — опять выкинут, и бросят? И, еще сильнее сцепила руки.

— Хватит мазать меня соплями! — произнес Аста, и убрал волосы, перекинул их на грудь.

Аста был не один — в той же компании из десяти всадников, с которой был и тогда.

Ехали мы долго,уже неспешно, и не останавливаясь. Оказывается, моих похитителей догнали не очень далеко от столицы — местность стала знакомой. Деревеньки, перелески, стада и караваны, то и дело попадались на пути.

И вот она, столица Богунда! Миххор, что в переводе с богундского — Белый Город. И, насколько я знала, единственный большой город в Богунде.

Я узнала Миххор, так как видела рисунки и картины с его изображением. Крепостная стена из красного камня, возле которой плотными рядами, на несколько километров во все стороны, расположились глиняные избушки, шатры, и каменные домишки. И, рынок. Все пространство, не занятое строениями, было завалено товарами, и заполнено людьми — продавцами и покупателями.

Мы въехали в огромные ворота, которые услужливо распахнулись перед нами, и оказались на огромной площади, которую окружали белокаменные дома.

На площади собрался народ, который радостно шумел, приветствуя возращение правителя.

Миххор оказался светлым, прекрасным, и пустынным. С площади мы выехали на широкую улицу, окруженную деревьями, и, совершенно пустую. Изредка попадающиеся прохожие при виде Астахана торопливо склонялись, и стояли так, пока мы не проедем. А еще меня поразили множество фонтанов.