Посольская школа. Невеста Сокола

Платье сиять. Синий цветы на белый ткань хорошо подходить к ваши глаза. Можно мерить.

Забавный говор треянки всегда вызывал у меня улыбку. Лина Хельда год назад нашла её в бессалийском высоком квартале, взяла на работу и помогла излечиться от смертельной болезни. Отправила к ведьмам. Их зелья очистили кровь и кожу Риль. Больше она не напоминала растрескавшуюся на солнце грязь. Дочь кочевников так и осталась у нас швеёй. “Мама и папа нет. А если отец не благословить, Риль замуж не ходить”.

Я понимала её страдания. В клане бытовало странное мнение, будто девушку с даром нюхача нельзя брать в жёны.

Вроде как мои способности чувствовать эмоции окружающих сделают жизнь мужа невыносимой. Ага. Воспылает он похотью к проходящей мимо красавице, а ревнивая супруга его по темечку сковородой огреет. А если бы не чувствовала эмоций, то по каменному выражению лица ни о чём бы не догадалась.

“Жить с абсолютной честностью мыслей и чувств мало кто готов, дочка, — вздыхал отец. — Ты уж не признавайся всем подряд, чем от них пахнет.

Так будет лучше в первую очередь для тебя”.

Вот я и молчала все десять лет с тех пор, как открылся дар. А теперь страшная тайна мешала напрямую расспрашивать окружающих, что не так с Соколом. Не раскрывать же заодно себя. Нет, безопаснее обратиться к книгам.

Ох, я снова забыла о делах! Пора выходить к гостям.

— Спасибо, Риль, давай платье.

Треянка радостно положила облако белой органзы на стол.

Наряды цвета погребального савана я носила в знак протеста. В белое у нас одевали погибших воинов перед тем, как положить их в саркофаг.

В белом шли вдовы, провожая мужей на костёр. И переодевались в тёмное только, когда закончится их траур. Я же следовала своей логике. Меня с вдовами роднила невозможность выйти замуж из-за глупых предрассудков. Так почему бы не ходить в белом, как они?

— Ленты и цветы, — бормотала швея, расправляя синие лепестки тканевых украшений на лифе и помогая мне затягивать шнуровку на спине. — И немного блёстки. Как вы просить.

— Да, совсем немного, чтобы повседневное платье выглядело вечерним и пригодным для официальных приёмов в посольстве.

Не шить же ради пары дней в году новый наряд.

— Можно и шить, — фыркнула она. — Вы сказать Риль, я идти на рынок за ткань и делать красота. Фасон рисовать?

— Не спеши, — улыбнулась я в ответ. — Давай завтра обсудим. Сегодня до вечера успеть бы присесть. Столько гостей.

— О, лина Хельда уже здесь, — спохватилась швея, затянув последний узел. — Эрика просить передать.