Черные Крылья

— Зубрилка моя милая, как же ты умудряешься все свои выводы обращать против себя! Уж ты точно ни в чём не виновата, это я запаниковал. Просто представил тогда, что мои родичи возьмутся за тебя, как два года назад за Кристи. Ну и Вики меня из себя вывел. У нашего Шута просто мания — считать эмоции человека и раскрутить так, чтобы тот голову потерял и сделал то, чего потом будет стыдиться. Шут так на гостях ток-шоу упражняется на потеху публике, и друзьям тоже достается. Мы знаем, что он в этом плане маньяк, но терпим.

Олге утверждает, что Вики — идеальный живой тренажер для развития самоконтроля. Но видит Небо, Вики даже святого может вывести из себя. Думаю, его сильно расстроило, когда я сдержался, услышав, во что он превратил нашу с тобой песню, да еще в эфир без разрешения выложил. Но тогда у меня и правда немного отлегло от сердца — стиль совершенно не «Опала». И только успокоился, как Шут тебя вдруг включает... Знаешь, ты исполнила эту песню здорово! Я серьёзно, Инга, у тебя талант. А парням Вики реально рожи набить надо за то, во что они твоё выступление превратили. Но хуже всего, если бы Вики вздумал эту песню тоже в эфир вынести. Это равносильно тому, чтобы крикнуть на весь мир: «Вот он — я!». Потому что песню Кристи в моей семье помнят. Ты их сразу заинтересуешь, и они начнут проверку. А это ни к чему хорошему не приведёт. Понимаешь?

Я понимала.

Лицо Анта разгладилось. Исчезла тревожная морщинка между бровей, взгляд потеплел, а губы дрогнули в лёгкой полуулыбке. «Сейчас он меня поцелует», — промчалась шальная мысль, и сердце ухнуло, словно я понеслась вниз с головокружительной горки.

Но Ант снова нахмурился и осторожно отодвинул меня от себя.

— Инга, можно тебе тоже задать вопрос? Что у тебя с Гертом?

— С Гертом?

Некоторое время хлопала глазами, пытаясь понять, о чём он. Уж больно неожиданными оказались для меня его откровения. Ант терпеливо ждал, но становился всё сумрачней. Наконец мне удалось осмыслить его вопрос. Действительно, вот так живёшь-живёшь, и ничегошеньки с тобой не происходит.

А тут бах! На тебя обрушивается сногсшибательный ураган информации.

— А Герт — мой брат, представляешь? — коротко хохотнула я. — Буквально за пару часов до твоего появления узнала.

И рассказала Анту всё, что произошло у Белянски, затем — про встречу с Гертом. Не стала говорить лишь о его подозрении, что «ЧК» — рассадник пауков, и о просьбе показать тайный вход в «ЧК». Для себя я так и не решила, как к этому относиться, и не спешила делиться с Антом.