Золушка для инквизитора

— Ваша невеста полакомилась собачьей едой, а теперь испытывает на себе побочное действие экстракта сквирели зеленой. Впрочем, зрачки уже почти не расширены. Даю полчаса максимум, и всё пройдет.

— Чем она полакомилась?..

Лицо Лоренсо начало вытягиваться, и всезнающая Тесса радостно рассказала ему, как я забрела в первый сектор столовой, а потом вооружилась тряпкой, очищающими зельями и прибрала особняк в рекордные сроки, вызвав желание всей прислуги немедленно меня придушить.

Она сдавала меня с такой жестокостью, что я окончательно понурилась.

Как-то неловко вышло.

— Домработники просили вашей аудиенции, но я попросила не тревожить вас по такому пустяковому поводу, — закончила Тесса.

— Моя невеста питается похлебкой — разве это пустяк? — ухмыльнулся Маркус.

Он даже выглядеть стал куда живее. Не зря говорят, что смех лечит. Последние пять минут грозный инквизитор ржал безостановочно.

— Может быть, это и не пустяк, — согласилась женщина, — но внутрь я её не пущу.

И так надышала грязью в коридоре.

— Да я пойду, наверное...

— Кэти, подожди! — со смехом позвал меня Лоренсо.

[Маркус]

— Кэти, стой!

Я гнался за девушкой по коридорам, но та догоняться никак не желала.

Ну как — гнался... Это я себе, конечно, польстил. Скорее — ковылял максимально бодрым шагом в моем состоянии.

После ранения чувствовал себя все еще паршиво, слабость была жуткая. Лекари залечили все раны, но прошло еще слишком мало времени после исцеления, организму требовалось несколько дней на полное восстановление.

Поэтому я придерживался за бок, который нещадно колол. Болеть он стал еще больше после того, как я от души поржал над рассказами мадам Тессы о достижениях моей новоявленной невесты на поприще уборки в доме. Кто ж знал, что она налакается собачьей похлебки, и что на нее произведет такой интересный эффект экстракт сквирели?

Как она там себя назвала сегодня... Золушка? Да, вот именно такой Золушки мне и не хватало.

Мне и моему особняку, вон как она всего за несколько часов всех слуг встряхнула. Это ж еще надо умудриться такой фурор произвести на моих слуг, которые чего только в жизни не повидали.

— Да стой же ты! Кэти!

Догнал я ее только лишь потому, что она свернула в ванную комнату на этаже. Зашел я туда как раз в тот момент, когда Кэти стояла у раковины и с усердием отмывала лицо, шею, руки от пятен сажи.