Вампир Славик хочет стать драконом

Она станет важным персонажем мира, а он наконец обзаведётся пассией и заткнёт Келандроса хотя бы на время. Это Славик прокручивал в мыслях, пока Бруся пролезала через решётки. Но когда он смотрел на её осторожные и плавные движения, то понимал: дело совсем не в выгоде. Вампиру просто хотелось забрать её к себе.

Очень-очень запретная секция отличалась от остальной библиотеки лишь цветом шкафов и обилием пыли. Вообще Славик, ещё когда читал книги о фэнтези мирах, всегда думал, что странно считать, будто бы кого-то вообще может напугать чёрный цвет и грязные полки.

Он почти век живёт в такой обстановке и точно знает: это не страшно, а банально уныло. Но глянув на обеспокоенные лица своих спутников, понял, что на них пыль как элементы ужаса работала. Славик провёл рукой по книгам и показал серые пальцы:

– Она не кусается. Возьмите себя в руки, и давайте искать что-нибудь про вашего Узза.

– Да я и так в руках, – Емеля принялся оттягивать свои щёки и строить гримасы, Бруся хихикнула, а Славик почти передумал брать её в свой мир.

Он, конечно, понимал, что избранный обладает необъяснимым обаянием для местных жителей, но это уже слишком.

Книги были одинаковые – полупустые. Первые страницы состояли из набора бессвязных предложений и картинок, а дальше – лишь бессмысленные слова. Видимо, для стандартного фэнтези мира большинство книг не так уж и важны. Вот только зачем их пихать в запретную секцию? Для количества?

Первым на нечто стоящее наткнулся Емеля.

Хоть Славик и не ожидал другого исхода, внутри что-то кольнуло. Чрезмерное, почти неадекватное везение белобрысого, рождало в вампире чувство зависти. Ведь он и сам был главным героем в своём мире, но что-то ему в руки с небес ничего не падало. Или так казалось.

Кожаная тетрадь была похудевшей, а оставшиеся немногие страницы в ней слиплись и пожелтели, так что разобрать написанное оказалось сложно. В основном, это были заметки о природе и травах, опусы об удивительной архитектуре училища горынычей, иногда рецепты чая.

Кто бы ни был владельцем тетради, вряд ли его записи заслуживали оказаться в запретной секции.

– Может, он придумал супе-гипер-мега опасный чай? – предположил Емеля.

– Вот этот, который успокаивает бабушку, когда она не может заснуть? – Славик взял тетрадь и повертел её в руках. – Не может быть, чтобы это был просто дневник. Вряд ли его сюда положили по ошибке.