Вампир Славик хочет стать драконом

Или Бруся захотела сегодня остаться дома: села на кресло, укутавшись толстой шалью, и небрежно намотала красные волосы на карандаш, чтобы не мешались. Жарким же летом девушка обязательно надевала льняную рубашку и расклешенную юбку — ткань колыхалась на ветру, как и её тонкие нежные ручки. Так она сидела на поляне жёлтых одуванчиков и вдыхала жаркий летний воздух.

Грёзы Славика прерывало навязчивое жужжание. Сначала он не придавал значение вибрирующей подушке, но звук становился всё настойчивее — ему пришлось сдаться.

Попаданец, не открывая глаз, шарил рукой по всей кровати, пока ни нащупал медальон. Ком подступил к горлу — как Славик вообще мог забыть о Келандросе… Теперь несчастному вампиру точно конец. Хрупкая мечта жить счастливо драконом легко разбивалась одним недовольством нервного эльфа.

Славик еле продрал глаза: казалось, что на веках висят гири весом в тонну. Парень поднялся с кровати и почесал затылок. За дверью, вероятно, ещё сидит местная охрана. Наверное, они были так ошарашены дерзостью Славика вчера, что решили, будто им показалось, и они не видели «заключённого» в коридоре.

Но второй раз так рисковать не стоило. Впрочем, окно было всё ещё открыто. Странно, конечно, что в мире, где крылья — норма, не решают проблему побега через окно…

Присев как голубь на карниз, Славик раскрыл медальон — в воздух повисло недовольное… нет, даже взбешенное лицо Келандроса. Или… яростное? В общем, это была та степень ярости, при которой он ещё не терял своей красоты, но оказывался на грани.

— Привет, Кел…

— Если когда-нибудь меня спросят о главной ошибке в моей жизни, я скажу, что это была дружба с тобой.

Славик опешил. Ещё никогда эльф не говорил так прямо об их дружбе… Теперь вампир понял: насколько всё серьёзно, и уже был готов, не препираясь, выслушать Келандроса.

Однако эльф, прожевав слова о дружбе, принялся покрывать вампира страшными ругательствами. Надеялся, что уши у Славика сами собой завяжутся в трубочку, и тот согласится на всё, чтобы эльф перестал гнусно выражаться.

И никаких проблем больше Славик не станет приносить.

Забегая вперёд… Конечно, это не возымеет никакого эффекта. В основном, потому что изощренная брань Келандроса не могла впечатлить Славика, потому что по-настоящему «изощрённо» может ругаться только существо с дефектом: глубокой раной на сердце или слишком очевидным внешним изъяном. «Юродивые» (как бы таковых назвали в мире драконов) смогли б наставить Славика на путь истинный.