Кровные чары 2 Убить оборотня

В четырех полосах угадывались пальцы. На скуле и челюсти буквально на глазах проступала синева. В скоро времени кожа распухнет, затвердеет, а синяк растянется в виде пятерни.

Мужчина бережно коснулся подбородка и приподнял его вверх, чтобы получше разглядеть последствия оплеухи.

— А что ты сделаешь, если я скажу? — они встретились взглядами. Эдриан смотрел в обеспокоенные влажные от копившихся слез глаза и раздумывал, что сказать. Сомнения пропали. «Это точно кто-то из родных!». Она бы не вела себя так, если бы её ударил какой-нибудь проходимец.

Поэтому отвечать надо с умом, так как на самом деле ему хотелось пойти и разобраться с обидчиком. Бить его по щекам до тех пор, пока тот не раскается и не извиниться перед ней.

— А что ты хочешь, чтобы я сделал?

Фраза смутила Стефани. Как-то раз, после очередной несносной выходки Филиппа, которая почти завершилась дуэлью, но отец все уладил, она представляла, как кто-нибудь не поведется на уговоры и хорошенько проучит брата. Кто-то, кто в совершенстве владеет шпагой и отличается истинным благородством.

Возможно, Эдриан и мог бы подойти на эту роль. Однако сердце сжимал ужас при мысли, что мужчина, которого она полюбила, и родной брат сойдутся в поединке.

— Ничего, — в сердцах призналась она. — Я не хочу, чтобы ты что-либо делал.

— Но как же так? — возмутился мужчина, не удержавшись. Её укрывательство злило не меньше, того незнакомца, что позволил себе ударить девушку. — Я не могу позволить кому-либо бить тебя.

Не могу!

Подобной реакции Стефани боялась больше всего.

— Тогда я ничего не скажу, — она отстранилась. — Потому что знаю, чем все закончится. Скажу имя, и ты пойдешь разбираться. Будет скандал. Ругань. Все закончится глупой дракой с маханием кулаками или же дуэлью, что не лучше. А я не хочу этого… Не хочу!

— Хорошо, не говори, — Эдриан пожал плечами и тоже сделал шаг назад. — Я сам узнаю.

— Что?

— Для меня это будет не сложно, — мужчина принялся натягивать перчатки. Получалось неуклюже.

Грубая кожа скользила в трясущихся руках от распираемого внутри гнева. — Я думал пойти на площадь, узнать что произошло в Церкви. Но! — голос становился все грубее и слова чеканились, как удар молотком. — Но это подождет.

— Эдриан, — ласково произнеся имя, Стефани шагнула к нему.

— Первым делом отправлюсь в гостиницу. Наверняка твоя болтливая камеристка все расскажет.

Девушка постаралась обнять его, чтобы успокоить, но мужчина отстранился.