Хорошая ведьма Малика

изначально этот дом принадлежал какому-то старому травнику, но после его смерти всё имущество перешло к местному градоправителю, а тому просто немного не повезло – он наткнулся на мою сестру.

У нас вообще семья занимательная – папа до сих пор бьётся головой о стену и терроризирует Небеса вопросами, общий смысл которых укладывался в два слова: «За что?»

Папочка надеялся, что мама – с трудом пойманная им ведьма, укравшая его сердце при первой встречи – родит ему сына, а лучше двух, и будут наследники у его рода боевых магов, но мама родила девочку.

«Ничего, – решил папочка, – девочка – тоже очень хорошо, мы её замуж выдадим, счастливой сделаем»

Папа просто ну никак не рассчитывал на то, что первая же дочь окажется самой настоящей потомственной чёрной ведьмой.

А вторая – пойдёт в некроманты.

Вся надежда была на третью дочь, но она переплюнула двух предыдущих и стала брачной аферисткой.

Правда, родители до сих пор наивно верят в то, что их младшенькая полюбила травное дело и поселилась в тихом светлом лесочке.

В общем, не повезло лорду Людви связаться с моей очаровательной Мадиной. Он свято верил, что нашёл любовь всей своей жизни, сделал невесте пару-тройку очень щедрых предсвадебных подарков и очень удивился, когда на следующее же утро вместо ангелочка получил самого настоящего монстра.

Мади довела очередного жениха до стремительного седения, нервного тика и разрыва помолвки всего за два дня. Такому даже я завидовала совсем не белой завистью.

Дом старого травника оказался в числе её многочисленной собственности и очень пригодился, когда её старшей сестре, то есть мне, было некуда пойти после объявления охоты на ведьм.

С трудом передвигая затёкшими ногами, я кое-как сползла с широкой драконьей спины, на которую перебралась, едва мы покинули столицу.

Кто бы только знал, как я была рада встать ногами на твёрдую, никуда не уплывающую землю!

Дракон, окинув меня осуждающим взглядом, с шумом выпустил в воздух тёмно-серый пар, укоризненно покачал громадной головой, тяжело оттолкнулся от земли и взмыл в небо, чтобы, хлопая кожаными тёмными крыльями, удалиться в неизвестном мне направлении.