Стихия - Огонь

Выцветшие штанины болтались в воздухе, они были пустые.

- Уходи, я здесь сплю! – Снова крикнул он и поплыл в воздухе прямо к Веронике. - Уходи!

- Я ухожу… уже ухожу, – пролепетала девушка, но встать не смогла, ноги ее словно окаменели. Она раскинула руки в надежде зацепиться за ближайшее дерево и подняться, но тщетно. Тонкие стволы вдруг отдалились от нее, словно нарочно не давая поддержки. Вероника уперлась руками в мягкий мох, но он только рвался, пальцы проваливались в мягкую землю и скользили.

Что-то зашуршало и перекатилось по траве.

Маленький позеленевший череп глядел на нее осуждающе пустыми глазницами. Девушка случайно столкнула его, стараясь подняться. Несколько тонких косточек торчали из-под надломленного живого ковра.

Белое худое лицо мальчика перекосила гримаса, ввалившиеся щеки пошли синеватыми пятнами, казалось, он сейчас заплачет. Вероника в ужасе огляделась. Мальчик был в лесу не один. Тут и там вставали из травы полупрозрачные фигуры. Старые покрытые морщинами лица и совсем еще юные.

уставились на Веронику со всех сторон. Откуда-то из чащи донесся приглушенный плачь младенца.

- Я ухожу, – прерывисто шептала Вероника, завороженно глядя в черные, как дыры глаза живых мертвецов. Да они все были мертвы, но они стояли и смотрели на нее! - Я хочу уйти.

- Отсюда не уходят. – Прохрипела старуха с коричневым, словно вырезанным из дерева лицом. – Нас оставили, мы не нужны. Из леса теней не уходят.

«Вокруг растет очень густой лес… - пронеслись в голове странные слова Эрдени.

- Я спросила, как у него выходит находить там дорогу. Он ответил, что в лесу живут духи несчастных, которых бросили здесь… стариков, больных, калек и нежеланных детей…

Это не правда, он хотел пошутить надо мной, а я испугалась…»

Духи и лес, значит пещера близко! Она скоро найдет врата и Сильваер будет там! Обязательно!

- Не правда… - возразила девушка, собрав остатки воли в кулак. - Вы все давно умерли, вас нет! Вас ничего не держит. Вы давно могли бы уйти.

По лесу разнесся тихий смех, больше похожий на шуршание травы.

- Мертвы, все, давно мертвы и ждем. Давно- давно ждем. Жестокий лесной бог у подножия Врат. Он обливает склоны огнем и заключает в камень, сжигает лес. А после землю размягчает кровью и все повторяется. Лес вырастает, ненужные умирают. Круг не разорвать. Лесной бог вечен. Время крови…

По спине девушки поползли мурашки, руки похолодели. Она молча оглядывала пронизанный мокрым туманом лес.