Стихия - Огонь

Быть может, Ферро еще там внизу и смотрит? По правде сказать, сейчас он может находиться где угодно… Ну и пусть, он дал ей уйти. Она жива и свободна! Ужас остался позади. Кошмар с залитым кровью лицом и блестящими как у кошки глазами… Это лицо она не сможет забыть никогда.

Козерог скакнул в распахнутый зев пещеры. Здесь было намного светлее, чем снаружи. Золотые огоньки светили ярко, озаряя стены и пол не хуже лампочек дневного света. Огоньки путались в гриве, в волосах девушки, оседали на одежде и вдруг лопались словно мыльные пузыри, рассыпая вокруг зеленоватые искры.

Огоньки не жгли, они были холодными, но в том месте, где садились, кожа покрывалась пупырышками, а по телу пробегала теплая волна.

Резкий поворот, за ним другой, третий. Казалось, они пробежали уже с десяток километров, а пещере все не видно конца. Стены то сужались, то расступались со скоростью накатывающих на берег волн, только эти волны были твердыми и острыми как ножи. Вода капала с потолка пещеры, кое-где образуя твердые бугорки на полу, иной раз эти бугорки доходили Веронике до колена, а некоторые стали колоннами, поддерживающими высокий свод горного царства.

Гора вздрагивала, гудела и стонала, по стенам пещеры пробегала крупная дрожь, тогда на головы путникам сыпались камни и песок, а колонны лопались и рушились с тяжелым стуком у них за спиной.

Наконец козерог остановился. Вероника увидела, что дальше дороги нет. Под высокими сводами горного прохода мягкой смоляной чернотой поблескивало подземное озеро, над ним клубился тяжелый горячий туман.

А на другой стороне, прямо из стены с шипением бил нескончаемый ярко алый поток. Раскаленная лава медленно вливалась в воду. В том месте, где огонь встречался с водой, она вскипала, словно в котле. Из глубины поднимались и лопались крупные пузыри с паром внутри.

- Смотри дитя, запоминай, ощути, как Врата открываются и пропускают тебя! – Загудел в голове голос козерога. Казалось, что голос забился внутри черепа и раскатился долгим эхом, словно от стен пещеры.

Он отдалился, затихая долго и торжественно.

Вероника сглотнула, она хотела идти вперед, бежать пока не свалится, как загнанная до смерти лошадь… бежать! Ни в коем случае не останавливаться, никогда больше не оглядываться назад! Бежать!

Сильваер не разделял ее беспокойства, он медленно и торжественно ступил в воду. Девушка последовала за ним. Поразительно, но жар воды оказался намного терпимее холода, кожу жгло, но тело не каменело, ноги не сводило судорогой.