Стихия - Огонь

– с наслаждением проговорила дракайна. - Я поднесу им свой напиток.

- Отравишь? – Недоверчиво переспросил князь. – Нет. Деву я заберу с собой. Она станет мне развлечением вместо тебя, моя огнедышащая змейка.

- Не нужно, господин. – Ответила она твердо, еде подавив брезгливость к этому глупому самодовольному червяку. - Завладев девчонкой ты навлечешь на себя большую беду, чем расправившись с ней.

- Если яд не подействует? – Недоверчиво переспросил Донид.

- Подействует… не яд… напиток. – Поправила она ехидно.

- Всего капля драконьего пламени и о проблеме можно забыть. Оно не имеет ни вкуса, ни запаха и убивает не сразу. Господина никто не заподозрит.

- Ты все предусмотрела. – Самодовольно кивнул Донид. – Я передумал, пожалую тебе не только горы. Если ты справишься, весь остров станет твоим. Он мне не нужен. Слишком далекий и дикий.

- Благодарю, мой повелитель. – Она низко поклонилась, улыбаясь про себя. Человечишка не видит дальше собственного носа. Ей нужны Врата, где бы они ни были. Сестры пожрут всех людишек на острове, а потом на континенте и станут в десять раз сильнее и больше.

Но лишь она одна пройдет сквозь Врата и обратиться огнем. Всесильное неостановимое пламя захватит, истребит и сметет всех, кто встретится ей на пути!

***

Вероника украдкой поглядывала на черную фигуру, которая словно призрак бродила среди гостей, к ней присоединилась другая – женская. Но лишь на миг и она снова исчезла в толпе, девушка быстро потеряла ее из виду.

К Веронике часто подходили незнакомые люди, здоровались, улыбались, поздравляли с победой, но как-то слишком наиграна была их радость, слишком уж сдержана, фальшива.

С каждой секундой девушка чувствовала себя все растеряннее, все несчастнее. А ведь где-то среди масок должно быть ходят старый князь Есши с дочерью – двое, кому не безразлична ее судьба и чудовище, которое хочет ее убить…

Откуда-то из боковых комнат явился князь Донид, а потом музыка возвестила о появлении императора, и все склонили головы. Грузный старик в золотой накидке прошествовал к высокому креслу, и воины в алых плащах тотчас окружили его.

Но оказалось, что императора интересовали только угощения на широких золотых подносах, которые ему подносили.

Вероника отвернулась, пытаясь снова отыскать глазами призрачную фигуру в черном. Но она пропала из вида и больше не показывалась. Минуты складывались в часы, толпа мерно гудела и покачивалась. Стало холодать и девушке пришлось вернуться обратно в зал.