Последний из рода Тсурэ

- А…

Она все еще пыталась сообразить, что происходит, а он уже продолжил, все с той же очаровательной улыбкой:

- Окажешь мне честь посетить со мной «Золотую лилию»?

«Золотая лилия» - элитный клуб для избранной молодежи, туда невозможно попасть без приглашения и протекции, и никогда Наятэ даже не думала о том, что однажды сможет там побывать. Тем более сопровождая высшего аристократа и самого красивого юношу, которого она когда-либо видела.

Определенно, она спит, и ей все это снится. А значит можно успокоиться, улыбнуться и беспечно ответить:

- С огромным удовольствием.

Вот только мне не доводилось бывать в подобных заведениях, и я не совсем представляю, как туда нужно одеваться.

В обычной ситуации она ни за что не осмелилась бы задать подобный вопрос юноше, тем более, такому, как Данэл Тсурэ. Но во сне – почему бы и нет? Если уж он взваливает на ее плечи почетную обязанность стать на целый вечер его спутницей в роскошном заведении, то просто обязан просветить ее в подобных делах.

Данэл ожидаемо, но как-то мимолетно удивился и улыбнулся в ответ:

- В «Золотой лилии» нет требований к внешнему виду, так что ты можешь позволить себе все, что угодно.

- И никоим образом при этом не навредить вам?

- Я заеду за тобой в семь. Постарайся к этому времени быть готовой, - попросил Данэл со своей очаровательной улыбкой, проигнорировав ее вопрос.

И оставил ее в одиночестве.

Наятэ неоправданно долго смотрела ему вслед, а затем изо всех сил ущипнула себя. Она настолько не ожидала боли, что едва не вскрикнула – и только тогда поняла.

Ничего ей не снится. Данэл, сам Данэл Тсурэ, действительно заговорил с ней – и предложил ей провести с ним вечер! Ей пришлось еще раз себя ущипнуть, чтобы окончательно убедиться – это не сон. А значит, сегодня вечером она отправится в «Золотую лилию» в обществе потрясающего Данэла Тсурэ.

Оглушенная осознанием невозможности произошедшего, Наятэ как в тумане добралась до мастерской, и работалось ей из рук вон плохо. Девушка без конца думала только о предстоящем вечере, не в силах сосредоточиться на работе, и, после в очередной раз перепутанных красок, главный оформитель милостиво отпустил ее домой, сочтя, что толку от Наятэ в таком состоянии все равно не будет.

Она полностью согласилась с руководителем мастерской – она и впрямь не могла думать ни о чем другом, кроме… свидания.

Конечно, Наятэ понимала, что не стоит обольщаться. Ни о каком свидании и речи не идет, всего лишь деловое предложение.