Каменное сердце

— Может, спросишь у этого орешка?

— С каких пор светлые господа боятся спрашивать дозволения на ухаживания у опекунов светлых дев? Может, мне еще и самой за ними теперь бегать и упрашивать поухаживать за тобой?

Лири презрительно фыркнула и, подтянув стул ближе к столу, села напротив и продолжила партию, слегка сменив стратегию.

— Мы в числе первых гостей, по важности расстановки мест уступаем лишь Дому невесты, что показывает, насколько сильно Дом Даарон нам благоволит.

Нам должно не осрамиться и показать себя во всей красе. Ты уже выбрала платье?

Рендан едва не закатила глаза.

А вот и истинная причина прихода Лири — платье. Все всегда упирается в наряды. И в кавалеров, которых можно захомутать.

Возникло непреодолимое желание наслать на нее за день до торжества красную сыпь, тогда Лири уж точно не понадобится никакое платье.

— До этого еще куча времени, — наконец, заметила она.

— Полтора месяца! Чертов Великий Совет! Вечно из-за него все отодвигают! А ты представляешь, каково бедным неудачникам, родившимся в дни, когда проходит Совет? На них же никто не обращает внимания! Кстати, как тебе светлая дева Катрена?

Лири выжидающе уставилась на Рендан.

— Она, хм, идеальна?

Лири закатила глаза и притопнула ножкой.

— Разумеется, она ведь дочь Лукаса Луциато! Но я хочу услышать твое мнение, а не приличествующие ситуации слова!

— Но в ней действительно нет изъянов.

К примеру, она умеет прекрасно слушать, — не преминула подколоть Рендан. — Она благовоспитанна, умна, великолепна во всех приличествующих светлым девам делах, — поддразнила она.

Лири недовольно засопела, призадумалась.

— Готова спорить, она притворяется. Я ее видела, она будто ожившая кукла, честное слово. — Она вдруг резко выпрямилась и взволнованно посмотрела на сестру. — Они же все какие-то странные.

Рендан настороженно покосилась по сторонам — хотя с чего вдруг морозцем по спине прошелся страх в собственном-то доме?

— Что достопочтенный Лукас, что его племянник, что еще двое из родственных Великих Домов, не помню, как их там, — Лири поморщила лоб от усилий вспомнить, — тоже теурги.

Все теурги блаженные и будто не от мира сего — и их дети.

Рендан осторожно пожала плечом.

— Они видят суть вещей, что скрыта от глаз простых смертных. После слияния все… меняются.