Каменное сердце

— Это заговоренное ожерелье, — пояснила Рендан. — Семь бусин — семь заклинаний на случай, если вы попадете в беду. Они перенесут вас туда, где посеете эти семена. Я как раз приметила отличное местечко у ледяного источника, где вы любите пытать учеников.

Тронутый Хенджи тут же нацепил ожерелье. Рендан вновь усмехнувшись, протянула руку.

— Он совершенно не подходит к вашему одеянию, но у меня было мало времени для его изготовления, уж не обессудьте.

— Столь мощный артефакт… Вы сделали его своими руками?

Рендан кивнула, заправляя ожерелье за ворот его праздничной одежды.

Дом Архай, как и все Старшие и Великие Дома, тщательно хранил свои секреты — в частности, заклинания, известные только главной семье. Не верилось, что Рендан с такой легкостью доверила ему артефакт, в котором заключены секреты ее Дома. Не иначе как головой тронулась.

— Вы не боитесь, что я использую ваши фамильные заклятия, которые вы применили к моему подарку? — небрежно поинтересовался он, скрывая тревогу.

— С вашим подарком делайте все, что считаете нужным, — отозвалась Рендан. — Мне будет спокойней, знай я, что случись беде, вам удастся ее избежать.

— Не пророчьте, — недовольно перебил Хенджи. Его немного передернуло от дурных предчувствий. Погода как назло вторила смятенным чувствам — небо заполонили тучи, мерцание звезд исчезло.

— Я лишь трезво смотрю на вещи. — Рендан убрала руку, отвела взгляд. — Мне все равно, нравится вам это или нет, я лишь хочу вас уберечь.

— Я… я тронут, — искренне сказал Хенджи. — О лучшем друге невозможно и мечтать. К слову, как вы себя чувствуете? То проклятие больше не тревожило вас?

— Нет, благодарю. Как я уже говорила, у меня обычная мигрень, правда, немного затянувшаяся. Великий Совет пропустить я не могла — слишком много вопросов нужно решить, оттого пью целебные зелья и добросовестно исполняю свои обязанности.

— Вам удалось найти того, кто проклял вас?

Рендан покосилась на него.

— Как только обнаружу, оторву ему голову.

Хенджи не удержался от смешка.

Это была Рендан, которую он знал, чьей дружбой и уважением так дорожил.

— Как дела у Лириэль? — спросил он. — Я не видел ее в числе ваших людей, не может быть, чтобы она добровольно отказалась от участия в празднике.