Слезы вампира

- Только попробуй к ней подойти, и я порву тебя. – подал голос Калеб уже трясясь от гнева.

- Даже так. Значит вы вместе?

Я мстительно кивнула. Пусть знает, что ему ни чего не светит.

- Ну что же… - он встал и достал ружье из-за спинки кресла. – Тогда не доставайся ты ни кому.

У меня расширились глаза, когда я увидела дуло ружья направленное мне в грудь. Потом раздался громкий выстрел, и я уже куда-то летела. Полет был не долгим и я ударилась спиной об стену. Почему я все еще жива? Кто-то громко и зло смеялся.

Потом меня аккуратно подняли. Грудь отозвалась жуткой болью.

- Мэри, Мэри ты меня слышишь? – умоляющее спросил Калеб.

- Да. Не ори ты так. – и тут я вспомнила что на мне бронник, собственно благодаря ему я сейчас жива, но чувствую себя побитой. Я расстегнула куртку и потом сняла бронник и задрала майку. Несколько здоровенных синяков точно будет.

- Слабо Богу ты догадалась его надеть. Он стрелял серебром.

- Уже поняла. Синяки останутся.

- Они быстро пройдут, даже если у тебя есть переломы, они тоже быстро заживут.

- А где Мэйсон?

- Сбежал. – сквозь сжатые зубы процедил Калеб.

- Пошли отсюда здесь скоро полиция будет.

Я кое-как поднялась и подобрала бронник. Через несколько минут мы были уже у меня дома. Калеб расхаживал по гостиной, что-то напряженно думал. Я же, недолго думая, сняла майку и с хлопающими глазами смотрела, как синяки сначала начали проявляться, а потом исчезать. М-да, за такую регенерацию нобелевскую премию давать должны.

Калеб резко остановился посередине и посмотрел на меня.

- Это так оставлять нельзя. – твердо сказал он.

- Что? Ты что задумал?

- Не переживай, все будет хорошо. – он обнял меня.

И тут до меня дошло, что он собрался сделать.

- Ты обещал не бросать.

- А я и не бросаю, я обязательно вернусь.

- Не верю.

- Я обещаю, что вернусь.

- Не верю.

- Мэри…

- Уходи.

- Но…

- Я сказала: уходи. И можешь не возвращаться.

Он печально посмотрел на меня. И в следующую секунду я уже была в доме одна.

В полном отрешении от окружающего меня мира я поднялась в свою комнату и как была, упала на кровать. Завернулась в толстый плед и долго ревела. Так хотелось умереть. Жаль, что Мэйсон не застрелил меня, сейчас бы меньше мучилась.

Он обманул меня два раза. Первый раз, когда сказал что вампиры не плачут. Еще как плачут, у меня была настоящая истерика с обильным слезоотделением.