По лезвию ножа

Но есть в её жизни лишь один единственный близкий человек, который сможет выслушать и поддержать в каком бы состоянии она не была. Та, кто всегда даст мудрый совет и сможет понять, как никто другой. Не тратя больше времени на раздумья, Вероника нарисовала в воздухе, перед собой круг. Его контуры задымились, а внутри появилось изображение. За столом с тарелкой борща сидела её мама. Стены дома как всегда украшали пучки полевых трав, а за окном открывался красивый вид на хвойный лес на фоне заходящего солнца.

— Мам? — окликнула её Вероника.

Услышав голос дочери, Цветик подняла на неё взгляд и сразу же заметила в каком она состоянии. От матери сложно было что-то скрыть. Старшая ведьма всегда чувствовала настроение и душевное состояние дочери, безошибочно определяла насколько всё плохо.

— Вероника? Что стряслось? — спросила она, отложив полупустую тарелку в сторону.

— Сраный волчара спалил контору, — со смесью негодования и раздражения выдала Вероника. Ей не нужно было повторять дважды, чтобы мама догадалась о чём речь.

— Каким образом он узнал?...

— Подслушал наш с чешуйчатой разговор, — помедлив, ведьма произнесла: — Пришлось сдать Пернатого, иначе волчара бы меня удушил.

Цветик ужаснулась и ненадолго замолчала, обдумывая услышанное. В её взгляде промелькнуло понимание и сочувствие. От второго Веронику передёрнуло. Она не любила, когда мама или кто либо ещё так на неё смотрит. И сама никогда не позволяла себе кому-либо показывать слабость.

— Мам, только вот жалеть меня не надо.

— Как же теперь быть?

— Не знаю я что делать. Буду думать, как теперь его вызволить, — выдохнула Вероника и снова залезла рукой в карман, ища сигареты. Но их там как назло не оказалось.

— И куда же ты его спрячешь, если сможешь освободить? Его же искать будут. Да и как вообще ты себе всё это представляешь? — взволнованно спросила старшая ведьма. Она знала насколько сильный и волевой характер её дочери, всегда умеющей не только постоять за себя и найти выход из почти любой ситуации.

— На крайний случай его можно спрятать у тебя. А что же касается остального, то мне потребуется немного времени, чтобы всё обдумать.

— Прошу, будь осторожнее. Ты ведь знаешь Гарза.

— Пусть блохастый катится к чертям! На сей раз я буду действовать иначе, — фыркнула Вероника и устало потянулась. — Спасибо, что выслушала, мам, но я устала. День итак пересрат хуже некуда...