Игрушка Её Светлости

Теперь всем в нашей провинции единолично управлял эрн Бивар Санрин и его многочисленные ставленники. Поговаривали, что с каждого из них он брал клятву верности лично ему, а тех, кто отказывался её давать, ссылал куда подальше. Но… это только слухи.

У парадного входа во дворец, нас встретили лакеи и охрана. Что удивительно, все – люди. Хотя, отличить человека от айва в обычной жизни можно было только по строению ауры, то есть, заметить это мог лишь тот, кто сам обладал даром. Ну и, в отличие от нас, айвы умели призывать крылья.

Сама я ещё ни разу их не видела, но знала, что они белоснежные, огромные и могут защитить даже от арбалетных болтов.

Во всей айвирской армии был только один айв с чёрными крыльями – принц Анмар Дарвид. Его называли бездушным чудовищем и боялись до дрожи. Однажды я стала свидетелем того, как наша кухарка пугала именем принца своих детей. Называла едва ли не самым ужасным существом в мире. И хуже был только его старший брат Гервин ‒ кронпринц Айвирии. Он лично командовал всеми айвирскими войсками, вторгшимися в нашу Вергонию.

О нём я вообще не слышала ничего хорошего, только плохое.

И всё же интересно, почему наместник собрал во дворце только людей? Мне казалось, он должен стремиться окружить себя айвами. Шагая под руку с братом по коридорам, я невольно начала присматриваться к окружающим. А когда мы попали в зал приёмов, оказалось, что и там айвов почти нет. Зато собрался весь цвет нашей аристократии.

И началась чреда приветствий, книксенов, однообразных разговоров с близкими и дальними знакомыми.

Оставив меня с мамой и другими леди, Ланд присоединился к отцу и лордам. Аск же встал у стены в нескольких метрах от меня и никак не реагировал на обращённые на него любопытные взгляды.

– Кэтрин, какой у вас интересный раб, – щебетала рядом со мной светловолосая леди Изабель Снарс. – Я тоже просила папеньку купить мне такого. Но он отказал. Представляете?

– И мне родители отказали, – пожаловалась леди Кранская, накручивая на палец тёмный локон. – Заявили, что рабство ‒ это не гуманно.

– А мой отец пообещал, что найдёт для меня раба айва, – похвасталась ещё одна леди, чьего имени я не помнила. – Сказал, что подарит его мне на день рождения.

Мне было противно это слушать, но приходилось изображать улыбку. И всё же при первой же возможности я вернулась к брату, вцепилась в его руку и заявила, что больше от него не отойду. Уж лучше слушать мужские разговоры, чем это глупое щебетание о рабах.

Наместник появился в зале тихо.