Царство Авалона, или претсмертные записи незамужней вдовы Екатерины!

Но Карл сумрачно покачал головой.

— К сожалению, в этой жизни получилось всё иначе. Он убил девочку в красной шапочке и после когда та оказалась мертва напился её крови. Но её бабушка, которая на самом деле была лесной ведьмой, наложила проклятие на убийцу и весь его род. Оборотень окончательно потерял свой разум и в скором времени погиб, всем покинутый. А когда его младшая дочь выросла и нашла себе пару, её муж тоже сошёл с ума. Ничего не ел и не пил, жаждал человеческой крови. С тех пор всё так и пошло. Пятая дочь, рождённая в пятый день пятого месяца, — оказалась горем в её семье.

Никто не женился на такой девушке. Раньше пробовали обмануть проклятие. Девушек выдавали замуж за людей или за эльфов, за драконов. Отчаявшимся родителям, пожалуй, сгодилось бы любое живое существо. Однако все они сходили с ума и умирали страшной смертью. А вот вдовы, кстати, освобождались от проклятий. Но кома хочется получить свободу такой ценой?

— Вы сказали, что в прошлые время не верили в проклятия... — прошептала я.

Я цеплялась за последнюю надежду, хотя и понимала, что всё это напрасно. Просто очень больно было за Раису, которая расплачивалась за чужие грехи.

— Раньше я не верил, в проклятия — нахмурился Клар. — И мой лучший друг тоже не верил. Поэтому наплевал на «детские сказочки», как он это назвал, и женился на такой девушке...

— И что же потом случилось?

Моё сердечко замерло, потому – я уже знала ответ.

— Он заперт в своём же доме. В погребном подвале. В металлических цепях.

Нужно отдать должное Сандре, она единственная кто не отвернулась от своего мужа. Осталась с ним рядом. Кормит его из своих рук – только так он согласен принимать пищу.

Брэнн, который до этого момента задумчиво обводил большим пальцем ободок кружки, вдруг поднялся на ноги.

— И в каком доме? В этом? В этой глухой деревушке?

— Именно. – Карл не сразу понял, почему разволновался старый приятель.

Да и я не сразу поняла. Но через мгновение резко подскочила.

— Розалин!

Моё маленькое солнышко.

Человеческий детёныш. В красной накидке.

У Карла потемнело лицо.

— Сын знает, что к дому Эльвира подходить нельзя.

— Они ещё дети! – жёстко сказал Брэнн.

Всего–навсего дети. Разве удержится мальчишка–волчонок от того, чтобы напугать маленькую и бесстрашную гостью. Разве устоит моя любопытная дочка, чтобы не взглянуть хотя–бы одним глазком на злого оборотня!

Удивительно, как Брэнн понял это быстрее меня.

— Ну веди! — приказал он.