Царство Авалона, или претсмертные записи незамужней вдовы Екатерины!

Где я собиралась в них щеголять? В итоге так и не надела их ни разу. Зато теперь ткань пригодилась.

— Да ты самая настоящая леди!

Брэнн встал и склонился в поклоне. Розалин счастливо зарделась. На самом деле простолюдин вроде Брэнна и должен был кланяться леди Ви“Агрро, пусть и такой юной. Если бы он только знал...

Журналист тоже красиво приоделся. Из рукавов дорожного плаща выглядывали манжеты светлой батистовой рубашки.

— Ну что едем на свадьбу Раисы и Карла? – усмехнулась я.

Если всё пройдёт как нужно, я получу свой первый гонорар за проделанную работу.

А если не выйдет... Тогда у меня не хватит смелости потребовать деньги.

На свадьбе кроме самой невесты и её настоящего жениха, Карла, также присутствовали старейшины обоих родов, пожилые суровые оборотни. И хотя оба хмурились, я видела в их глазах затаённую надежду. Сегодняшний день мог изменить судьбу этой несчастной девушки, которая угораздила родиться с проклятием в крови. Конечно, пригласили и Нэттелин, без дрианды в таком деле не обойтись.

Ясеня я не считаю. Бедняга пожил на этом свете достаточно, чтобы отправиться на покой.

Когда мы приехали, Нэттелин как раз обнимала его ствол и шептала что-то, приблизив губы к шершавой коре.

— Он готов, – известила она. – И с радостью поможет молодым любящим сердцем.

Я никак не могла взять в толк, шутит дрианда или ясень в действительности говорил с ней. Что если деревья на самом деле разумные? Меня объял ужас, но Нэттелин, проходя мимо, подмигнула, и от сердца сразу отлегло: дрианда просто подрыгивала нам.

Раиса, такая серьёзная, тихая, в длинном красном платье без украшений, приблизилась к ясеню. В одной руке она несла чёрную ленту, в другой белую. Она подошла и встала, опустив голову, как перед настоящим будущим мужем. Она повязала ленты на ветви дерева, а через мгновение на месте стояла молодая волчица.

Волчица встряхнулась, подняла морду кверху и завыла. Мурашки побежали по её коже. Свадебная песня–клятва была одновременно нежной, грустной и очень красивой.

Карл дёрнулся навстречу, его лицо исказилось от боли. Пусть обряд и не был настоящим, ему было невыносимо видеть, как любимая клянётся в вечной преданности другому.

Зря она переживает. Я была уверена, что в этот миг Раиса думает только о нём, о Карле. Лишь бы только всё получилось!

Именно сейчас на наших глазах совершалось таинство. Танцы, веселье, гости, угощение – вся эта праздничная мишура неважна. Важна лишь эта пронзительная песня.