Притягательное зло

Воздух буквально искрился от напряжения. Хорошо, Лотеску защиту активировал, а то бы кто-то безвинно пострадал.

— Ой ли? — подняла брови и дерзко поинтересовалась: — Вам количество прежних пассий напомнить? В среднем с каждой вы…

— Если ты сейчас же не заткнешься, я тебя придушу! — прошипел Лотеску.

Лицо его побелело от гнева, под кожей гуляли желваки. Рывком встав на ноги, он навис надо мной. Глаза потемнели, сверкали как у дикого зверя.

Лотеску сделал шаг вперед. Пискнув, отпрянула, едва не запнувшись о ножку некстати попавшегося на пути стула.

— Что, — злорадствовал тенью следовавший за мной Лотеску, — страшно? Уже не дерзишь?

Медленно, но верно он загонял меня в угол. В конце концов я уткнулась спиной в дверцы книжного шкафа.

Мысли лихорадочно метались в голове.

Вырви ведьме глаз, он действительно меня убивать собрался?! Если да, шансов у меня маловато. Нужно первой бить в пах или по коленям и бежать… И тут я вспомнила, что бежать-то некуда, разве только из окна прыгать.

Однако Лотеску не спешил дать волю рукам. Он вообще ко мне не прикасался, всего лишь встал так, чтобы я не могла проскользнуть мимо. Кажется, даже немного успокоился, вон желваки улеглись, пальцы в кулаки больше не сжимались.

А кольца действительно нет. Странно!

— Когда ты пропала, — глядя мимо меня, на книги, издалека начал Лотеску, — я решил, что-то случилось. Ты не отвечала на вызовы, я полицию на уши поднял, а в итоге…

Он досадливо махнул рукой и, наконец высвободив из ловушки, отступил в сторону, потребовал:

— Извинись! Хотя бы это сделай, если на другое духу не хватает.

— Вам не нужны слова, — покачала головой я и украдкой смахнула со лба капельку пота.

Да и прощения я уже попросила.

— Не нужны, — подтвердил мои догадки Лотеску и, будто минуту назад не метал громы и молнии, развалился на кожаном диване. — Думайте, Магдалена! У вас осталось, — он мельком глянул на вмонтированные в наручные диктино часы, — пять минут.

Кусая нижнюю губу, — вредная привычка, от которой так и не смогла избавиться в минуты волнения, — гадала, что ему нужно.

Пальцы потянулись к верхней пуговице блузы и замерли.

Нет, Магдалена, унижение за унижение. Тебе достаточно ясно намекнули, что ты должна сделать. Вовсе не расстегнуть блузку и предложить себя. Все, поезд ушел, ты ему больше не интересна. А вот неполученное удовольствие стребовать надо.