Не драконь меня!

Мать его, волос!!! Заметив мое негодование, он попросту выкинул все за борт, как какой-то мусор!

— Уничтожу!!!

Я накинулась на чешуйчатого с кулаками, но он даже не обратил внимания, словно я ему массаж делаю! Лениво отмахнулся от меня, коснулся ладонью мотора и весело помахал оставшимся на берегу оборотням. Они визжали, носились по террасе, особо отчаянные кинулись вплавь за моторной лодкой. Но все это я заметила краем глаза, пока летела вверх ногами и катилась кубарем по деревянному полу этой дырявой посудины, рванувшей с места со скоростью гепарда.

Ненавижу воду! Ненавижу лодки! Драконов тоже ненавижу!!! Всех или конкретного, пока не определилась!

На берегу столпились люди, в воздух полетели салюты, нам кричали «горько», кидали белоснежные венки, бабахали пробки от шампанского. А лодка, которую мы стырили у молодоженов, счастливо мчалась в закат, вскидывая в воздух ворох атласных лент.

Сырая, злая, изуродованная, деморализованная, я вскочила и хотела все высказать дракону, но коварная морская болезнь испоганила планы.

И пусть мы рассекали всего лишь озерную гладь, меня все равно вывернуло, к сущему удовольствию публики. Стоя на четвереньках, я до боли впилась в борт судна, чтобы не вывалиться, и от души выражала отношение к новому знакомому и ситуации в целом. А тот и усом не вел, или что там у драконов водится. Встал у штурвала и отправил нас прямиком через узкий канал к невысокому порогу. Память экстренно подкинула, что искусственное озеро соединено с рекой Этной, и оно не то чтобы озеро… Но разве сейчас это имеет значение?!

— Ты же не собираешься… не соби…би…

Хорошо, что в этот момент рядом не было папарацци (я надеюсь!), иначе моя репутация… Впрочем, нет.

Пусть тут окажутся папарацци, у меня тогда появятся отличные сапоги из драконьей кожи! Возможно, единственные в мире сапоги! И ожерелье из зубов дракона! А из чешуи выйдут славные серьги… Я препарирую его и разберу на декокты и фенечки собственноручно! А мясо зажарю и съем!

Меня бесконечно полоскало. И когда мы подлетели, и когда лодка ударилась о воды Этны.

А, когда дракон резко развернул судно на девяносто градусов, я вообще едва не вывалилась, но желание жить оказалось сильнее.

Когда у меня кончились слова и содержимое желудка, я стерла слезы вместе с водостойкой, мать ее, тушью, и осмотрелась. Озеро и ресторан остались позади, мы неслись по темно-изумрудным водам, в которых раскидистые ивы полоскали ветви. Возможно, я бы даже наслаждалась поездкой, если бы за нами не гнались.

Стоп.