Развод. (Не) заставляй меня влюбляться, оборотень!

Мы сможем туда добраться, чтобы что-то разузнать?

— Хм…, — хмыкнул Марк. — Вообще-то весьма далеко. Несколько дней пути. И это если без ребёнка, дней пять-шесть. С ребёнком не знаю.

— А если найти какую-нибудь машину, или на чём у вас тут передвигаются? — задумчиво спросила его. — Лошадей, карету? Ника спокойная девочка, я уверена она не доставит хлопот в дороге, — добавила я. — Но зато у неё будет шанс обрести настоящего отца.

— Я уверен, что брата давно нет в живых. Мы чувствуем друг друга. Мы одного рода.

Я уже очень давно не чувствую его. На запросы тоже никто не дал однозначного ответа. Если бы он выжил, он бы вернулся сюда. Но он не возвращался. Со смерти отца и сестры его здесь не было.

— Они тоже погибли? — ужаснулась я.

— Их убили, два года назад, — глухо сказал Марк и на его лице заиграли желваки. — Сестру за то, что не была запечатанной магичкой, отца за то, что покрывал её. Инквизиторы, — прикрыл он глаза и меня пронзила его боль. Я почувствовала, как ему тяжело и больно от этих утрат.

Сердце заныло. Внутри недовольно что-то заворочалось. Поддавшись порыву, я встала и обняла, прижав его голову к своей груди. Мне так хотелось, чтобы его эта боль пропала и не появлялась больше. Глаза предательски защипало от подступающих слёз.

Он вздохнул, приобнял меня за талию и, подняв голову, посмотрел на меня снизу вверх.

— Я, я не знаю, что происходит, но… я чувствую как тебе сейчас тяжело, — зашептала я срывающимся голосом. — Наверное, это из-за моей потери отца.

Мне так же тяжело до сих пор, — пробормотала я, оправдывая свой порыв этих обнимашек.

— Ты моя истинная. И просто чувствуешь мои эмоции как свои. Но продолжаешь искать оправдания этому. Крис, ты невероятная, — хмыкнул Марк, теснее прижимаясь ко мне.

Глава седьмая

Какое-то время я продолжала стоять и прижимать голову Марка к себе. Меня обуревали самые разные чувства. Недоверие, страх, любопытство, удовольствие, умиротворение. Я никак не могла разобраться с ними.

Сердце бешено колотилось в груди. Я первая отстранилась, отступая на шаг назад и возвращаясь к прерванному ритуалу уборки со стола посуды.

— Кто такие эти инквизиторы? — тихо спросила я, беря в руки тарелки и направляясь с ними к раковине. — Расскажи мне подробнее про этот мир. Я же почти ничего не знаю. А те книги, в библиотеке — я не понимаю в них ни слова. Хотя, вроде, говорим мы на одном языке.

— Книги в библиотеке на древнем руническом.