Первая ведьма

- Зачем?

Кажется, успокоительный настой подействовал на меня как-то неправильно, потому что сейчас я чувствовала себя рядом с принцем удивительно свободно. Будто он был для меня не грозным наставником, а старым другом.

- Мне известно, что случилось с тобой вчера, - сообщил Димарий. - Эмильер показал. И… прости, что подумал о тебе плохо.

- Это ваше право - думать о людях так, как считаете верным. Вы просто сделали выводы из имеющихся фактов, - ответила, всё же переворачиваясь на другой бок. Но оказавшись с ним лицом к лицу, заглянув в его глаза, которые в полумраке комнаты казались особенно тёмными, снова ощутила отголоски былого страха.

- Да, сделал, - не стал спорить он, спокойно рассматривая моё лицо. – И ошибся. Но знаешь, что хуже всего? Ведь во всём произошедшем виноват именно я. Эмильер начал заниматься с тобой по моему приказу. И… мне следовало лучше присматривать и за тобой, и за ним. Но, если честно, я просто не ожидал, что он может быть способен на такую низость.

- Если вы не возражаете, я бы не хотела говорить об этом, - сказала, тоже разглядывая Димария.

И сейчас, без прикрытия пафосом и надменностью, он показался мне особенно красивым. Даже слишком. – И что бы вы ни думали, но в том, что случилось, виновата в первую очередь я сама. Должна была почувствовать подвох. Быть осторожнее. И… мне бы очень не хотелось, чтобы о случившемся узнала леди Эриол.

- В таком случае, пусть это останется нашей с тобой тайной.

Некоторое время мы молчали, продолжая так вот просто смотреть друг на друга.

С одной стороны, было странно лежать рядом с ним в одной кровати, когда нас разделяло расстояние вытянутой руки. Но с другой - сейчас, ощущая его присутствие, мне становилось удивительно спокойно. Наверное, именно поэтому я и решила рассказать ему о видении, хоть и сомневалась, что поступаю правильно.

- Вы ведь менталист, - проговорила, не отводя взгляда. – Скажите, могут ли воспоминания прошлых жизней как-то вырываться в сознание?

- О чём ты? – не понял мой наставник.

Судя по тому, как он нахмурился, данная тема казалась ему попросту глупой.

И, может, мне не стоило продолжать, но…

- Сегодня, когда Эмиль привязал меня к кровати, я пыталась его вразумить. Просила одуматься, не делать глупостей. А он мне сказал только одно слово - «поздно», и в тот же миг случилось странное.

- Что? – уточнил Димарий, садясь на постели, но продолжая при этом смотреть на меня.

- Я… будто провалилась в воспоминание. Очень яркое, реалистичное. Но поистине страшное.