Смертельная Шпилька

Черепушка вместо того, чтобы заметаться, заплескать горящими крылышками, преспокойно цапнула зубами огонёк свечи и потянула его за собой. Огонёк вытягивался в горящую ниточку, а тварь тащила его через многолучевую звезду, столь неправильную, что глазам было больно разглядывать чёрно-белые от угля и риса полоски. Огненная нить присоединилась к свече, стоявшей строго напротив. Фамильяр же потащил близнеца огненной паутинки дальше. На первый взгляд – бред, фокус, но чем больше замыкалась фигура, тем неприятней было нарастающее ощущение внутри: мои магические цепи начинали реагировать на происходящее, и причём, самым что ни на есть болезненным образом.

Плохо дело, я абсолютно не понимаю, что творит коронер, но что-то явно происходит.

Чародейка открывает мануал. Когда я увидел, что ей выдали эту книгу, посмеялся в душе: да ты в хитросплетениях работы наших амулетов разбираться будешь до мая месяца, и то, если сильно повезёт. Похоже, зря смеялся. Девка очки на нос нацепила и зашелестела страницами. Поначалу думал, делает она это так, для пущей важности, мол, глядите, я не за красивые глаза зарплату из королевской казны получаю, но она не просто листать принялась, она конкретное место искала.

А поскольку мануал мне в руки ни разочку не попадал, я даже приблизительно не могу сказать, который раздел она глядела. Опустилась на колени в самой середине своей странной конструкции, видать, место заранее свободным оставила, и все огненные нити разом рукой-то и схватила, словно обыкновенные верёвочки.

— Видали? – сдавленным от волнения голосом воскликнул Даниро. Я-то чуть не забыл, что дурачок возле меня стоит, — даже ладошку не обожгла! Одно слово: «магия», — а у самого в глазёнках такая гордость светиться, будто это он сам, собственными руками ритуал творит.

— Ага, — нейтрально отвечаю, и сдуру ещё головой кивнул. Ой, зря я это сделал, ещё как зря. То ли чародейка в этот момент что-то в защитных амулетах активировала, то ли ночь без сна взяла своё, только боль в висок такая ударила, словно туда раскалённую иголку вогнали.

Чуть не охнул.

Тем временем чародейка ручку свою белую ножичком ткнула – неужто кровью колдовать задумала? Опасно ведь, а она как ни в чём небывало, капнула несколько алых капелек в центр фигуры, шепнула что-то своей мерзкой черепушке, дунула ей на горящие крылья, огонь погас, и череп рыбкой нырнул вниз, увлекая за собой все тлеющие огненные нити.

Я сразу понял, недооценил я вас, мистрис Таками, ох, недооценил.