Смертельная Шпилька

— А остальные были в зале? – спросил Вил.

— Да, я внимательно следил за всем залом, чтобы предотвратить отлынивание и выпивание господского вина. Видите ли, подобные охотники не так уж редко встречаются, и могу вас заверить, что весь обслуживающий персонал вполне исправно выполнял возложенные не него обязанности.

— То есть вы хотели сказать, что напитки и закуски разносились, несколько человек накрывали на стол, а пятеро коротали время в какой-то каморке? – встряла Рика.

— Почему в каморке? – обиделся мажордом, — в комнате, где обычно накрывают столы для слуг.

У них нет определённого времени, чтобы поесть, поэтому кто более или менее свободен, идёт туда и перекусывает. Обычно ставят бутерброды и чай.

— У работавших в зале была возможность незаметно отлучиться минут на десять-пятнадцать? – спросил коррехидор, у которого в голове начала складываться картина работы слуг минувшим вечером.

— Просто так, нет, — уверенно ответил Грай, — я не собираюсь платить бездельникам, которые прохлаждаются в рабочее время.

У меня, господа офицеры, знаете ли, строго: все личные дела только после работы.

Рика подошла к Вилу и тихонько проговорила:

— Получается наш воришка из либо из кухонных помощников, либо из запасных.

— На кухне тоже бездельничать не выйдет, — расслышав не предназначавшиеся для его ушей слова, сказал мажордом, — наш повар ещё похлеще меня дисциплину блюдёт. У него и затрещину схлопотать легко, и в зубы получить можно.

Армейское прошлое, одним словом. Думаю, вам в первую голову с моими резервистами поговорить нужно. Вам всех скопом прислать или по одному предпочтёте?

— Лучше по одному, — подумав, сказал коррехидор, — и пускай они думают, что наш интерес касается случившегося в главном зале.

— А разве произошло ещё что-то? – выгнул бровь Грай.

Первой в кабинет мажордома бочком прошмыгнула женщина настолько ординарной наружности, что чародейка подумала, что, если встретит её на улице уже завтра, навряд ли вспомнит, кто она такая.

— Присаживайтесь, — предложил Вил.

— Благодарствуйте, милорд, я лучше постою.

Коррехидор чуть пожал плечами и спросил про вчерашнее ожидание.

— Да, — охотно начала говорить горничная, — меня, Ра́ноку и ещё троих парней господин Грай в резерве оставил. Сказал, чтоб наготове были, мол, на праздниках случается всяческое. А мы, стало быть, должны будем это самое всякое устранять.