Вампир: дар или проклятие?

— Я так-то жить хочу! Об этом ты не думал?!

— Я не виноват, что тебя укусило вампирское отродье, — буркнул родитель. — Конечно, жаль, что все планы пошли насмарку, но закон Эльтании выше всяких договоров и другого выхода у меня нет. — Шагнув ближе, отец присел на одно колено рядом. — Я даю тебе шанс уйти, тихо и незаметно. Если не хочешь — можешь тогда дождаться священника для обряда. Грустно это признавать, но больше у меня нет дочери. Анайя Тэйлор умерла вместе с остальным экипажем в день катастрофы.

— Патрик, ты же шутишь? — возмутилась мама, прижав меня к себе.

— Ее уже убили, Нарина! — фыркнул глава семьи. — Пойми же это! Священник все ясно нам рассказал. Ты обнимаешь нечестивое отродье, а не собственную дочь!

— Вообще-то я человек! — возмутившись ответом родителя, я поднялась с пола и сжала руки в кулаки. — Никто не имеет права за какие-то там яркие глаза унижать меня!

Уставшие от семейной сцены охранники обнажили оружие и шагнули вперед. Не двигая даже бровью, мужчины, когда-то охранявшие мою жизнь, сейчас готовились ее отнять.

— Законы Эльтании и приказ священника более не обсуждаются, Анайя. Это решение далось мне нелегко, но завтра тебя здесь быть не должно. Хочешь — дожидайся священника или же попроси охрану оборвать твою жизнь, хочешь — уходи из дома и отправляйся в Дартанию, к остальным отродьям, подобным тебе.

— Отец, ты же не...

— У меня больше нет дочери... — глухо, с болью проговорил отец, после чего отвернулся и зашагал к выходу.

— А ну-ка постой, Патрик! Это уже ни в какие ворота не лезет! — Возмущенная событиями мама побежала следом, и некоторое время было слышно, как Нарина бранится со своим супругом, который восемнадцать лет был мне отцом.

Отдавшись отчаянию, я села на кровать и закрыла заплаканное лицо руками. Как же хотелось открыть сейчас глаза и осознать, что это лишь сон.

Моя жизнь, родители, мечты... Все рухнуло в одночасье и разбилось на осколки, как и мое сердце...

Горькие мысли так заполонили разум, что я не сразу заметила Вернера, который до сих пор не покинул комнату. Присев рядом, он молча наблюдал за мной, пока я не перестала плакать и не вытерла слезы. В отличие от отца, жених не убежал восвояси, сверкая пятками. Может хотя бы он меня успокоит? Обнимет, согреет своим теплом... Мне сейчас так этого не хватает...

— Несправедливо, — причитала я, взирая бликующим в полумраке комнаты алым взглядом в карие глаза жениха.