Школа черных волхвов

Она открыла ее, спустилась вниз по магическим ступенькам, морские брызги били в лицо.

[1] Зазовка — лесная демоница с внешностью молодой девушки. Густые каштановые волосы до пят заменяли деве одежду. Демоница заманивала юношей чарующим голосом и танцами, во время которых открывала самые притягательные части тела. Завлекала в чащу леса, где жадно любила юношу. Она настолько была искусна в плотских утехах, что молодого человека могла заласкать до смерти. А те, кому удавалось вырваться из ее страстных объятий, не могли больше испытывать наслаждение в любви с обычными девушками.

Тогда возвращались юноши к лесной демонице, но она принимала не всех. Те, кого отвергла зазовка, вешались в лесу, не в состоянии пережить отказ.

[2] Макошь — супруга Велеса, богиня земли, вод и плодородия. Богиня Макошь является управляющей силой на границе Явного и Навного миров, будучи хозяйкой перехода из одного мира в другой.

Глава 13

Она задумчиво смотрела на чужое море, которое завораживало своей голубизной.

Интересно, о чем думают медузы, когда их несет по течению? В воду почему-то не хотелось, солнце припекало плечи. Далеко на том берегу сидели люди, играли дети, хотелось быть к ним поближе. Она не заметила, как рядом с ней присел Морохир.

— Люблю это место, оно настраивает душу на созидание.

Русалка вздрогнула, но не повернулась. В эйдос [1] вцепилась сотня иголок пропитанные ядом, они проникали слой за слоем, впрыскивая смертельный яд черной тоски. Она с равнодушием скользила взглядом по облакам, плывущим по своим делам по чистому как слеза младенца небу, смотрела на далекий камень-алтарь, откуда появились боги и ее возлюбленный.

«Почему судьба столь несправедлива! Зачем я подарила кусочек души африканцу, пусть он бы умер, а я бы осталась с ним! Волос, я же погибну без тебя! Мне дышать не хочется!» — Ветерок пробегал по плечам, спине, груди, размазывая нежным слоем прохладу по белой коже.

Васелена смотрела на прозрачное словно дыхание весны море, в котором беспомощно всплывали кверху пузом мелкие рыбешки, а другие в панике плыли прочь, и только медузы были должны подчиниться жестокой коварной судьбе и плыть по течению, теряя влагу и превращаясь из упругих зонтиков в безвольную тряпку.

«И я такая же, как они…» — подумала заморская русалка. Вода под ее взглядом собиралась в вихри, меняя свою окраску с кристально-голубой на цвет болотистой жижи, жаждущей чужих судеб.

Морохир бережно дотронулся до ее плеча. Русалка вздрогнула и резко обернулась.