Мериамос 3. Серебряная Соколица

Глубинники – презрительное прозвище для всех, кто предпочел остаться в подземных градах.

– Не ожидала услышать столь грубых слов, от столь почтенной особы. – тихо отозвалась Мириам, лукаво улыбнувшись старухе.

Иссохшие, тонкие и бледные губы шевельнулись в ответной улыбке.

– Старкам многое прощается. – поделилась та – Нам позволено много знать, обо всем ведать, и далеко не всегда позволено делиться этим.

– Кто же вам запретит?

– Никто не любит правды, а годы отняли у меня способность лгать.

Другим проще принять наши слова за бред, нежели прислушаться к ним.

Вагон резко качнулся, свет моргнул. Двери с лязгом схлопнулись и поезд пришел в движение. Листар неосознанно ухватился за поручень, а другую руку запустил под мантию к оружию.

– Застрять здесь не страшно. – успокаивающе похлопал его по плечу другой страж – Вокруг полно народу, вытащат.

Верхние уровни самые безопасные и если поезд не появиться на следующей станции, за ними придут и помогут выбраться.

– об этом Мириам тоже читала, прежде чем спуститься вниз. В глубине души, она предпочла бы дирижабль, пусть те временами и взрывались, и падали, но это лучше, чем оказаться под землёй, наедине с темнотой.

На нижних уровнях света было меньше. Атмосфера изменилась. Никаких праздных гуляк и разряженных горожан. Только хмурые военные и служащие в неприметной форме.

На душе стало не спокойно.

Нижние уровни, некогда самые густонаселенные и богатые, теперь пришли в запустенье.

Бесконтрольное расширение пещер привело к частым землетрясениям и обвалам. Термальное отопление прорвало и некоторые пещеры затопило. Коридоры обваливались, отсекая целые города друг от друга.

Но именно здесь когда-то построили самые большие по протяжённости железные дороги и иного способа попасть в Карагрос, не выходя на поверхность, не было.

Вагоны тут никто деревом и латунью не украшал, но все же мягкие сидения, вытертые, но крепкие столы имелись.

Советницы уже ждали Преподобную явно нервничая из-за долгого нахождения в столь не приветливом месте.

Военные, подчиняющиеся не домам, а на прямую Высокому совету, проверили документы, допросили и обыскали каждого, невзирая на чин и заслуги. Процедура не слишком приятная, зато меньше шансов, нарваться на неприятности.

Поезд тронулся, как всегда, без предупреждения. Закрыл двери, толкнулся и поехал, разгоняясь.