Мериамос 3. Серебряная Соколица

Дав ему фору, она сорвалась с ветки в стремительный полет и расправив крылья у самой земли, перепугав пробегавшую мимо землеройку, быстро нагнала ворона.

Они носились над полями, блестящими лентами рек и редкими деревнями, составляя противоестественный тандем. Ворон едва поспевал за быстрокрылой подругой.

В какой-то момент плавное движение черных крыльев нарушилось. Целое мгновение он падал, но забив крыльями выровняться.

- В палаты! Быстрее! – раздалось в голове.

Эхо боли прокатилось по птичьему телу, набросив вуаль темноты на сознание.

С трудом выровнявшись, она устремилась к огням города.

Время утекало, словно вода сквозь пальцы. Сознание темнело, становилось все сложнее контролировать птичье тело.

Вдруг ворон рухнул, словно подстреленный. Резко спикировав соколица устремилась на помощь, но не успела. Он рухнул на землю.

Едва не разбившись она приземлилась рядом и беспокойно заскакала вокруг. Ворон не шевелился. Раскинув крылья, он устремил погасший взгляд в небо.

В глазах потемнело.

Пошатываясь, она с трудом взлетела и поспешила в палаты.

Птица не знала, что делать, её поддерживала единственная мысль, что нужно вернуться в палаты. Но и та быстро угасла.

Глава 34. Тишина Кайт

Ниоба выгнала всех, не похоже, чтобы ей помогло обезболивающее.

Некоторое время Зар мерил шагами гостевую комнату, а потом махнул рукой и стремительно вышел, Тишина даже спросить не успела, куда он. Подскочив, она было пошла следом, но лэрт жестом её остановил.

- Не стоит.

- Что не стоит? – с вызовом просила Тишина, а в душе похолодела от ужаса, от собственной дерзости.

Оставаться с лэртом на едине ей совсем не хотелось. Даже когда он смотрел в сторону, казалось он следить за каждым её шагом. После её вопроса, он повернулся и душа Тишины провалилась в пятки от ужаса, выдержать взгляд золотых на черном глаз, она оказалась не способна.

- Не стоит становиться третьим лишним. Ты вроде уже большая девочка, должна понимать.

Фыркнув, она отвернулась, скрестив руки на груди.

Стремясь отгородиться от лэрта, ушла в другой конец комнаты, разглядывать картины. Но на долго увлечься живописью девушка не смогла, и стала тайком разглядывать своего спутника.

Было что-то жуткое в облике лэрта, пожалуй, даже демоническое. В золотистых глазах с крохотной точкой черного зрачка, в оправе из черной склеры. В странной коже, больше похожей на истлевший пергамент, шелушащейся на месте сгибов и темные, словно набитые угольной пылью морщины.