Мериамос 3. Серебряная Соколица

Было настоящим чудом выйти на знакомую улицу, на которой располагалась гостиница, в которой ранее жили они с Ниобой. От сюда, сориентировавшись, Тишина направилась по небольшой боковой улочке, на окраиы города. Тут стало тише. Люди все еще гуляли и пили, особенно пили. Пьяные компании вынуждали, неосознанно сжиматься и спешить перейти на другую сторону улицы, лишь бы не попадаться им на глаза.

Заклейменные, словно крысы забрались в самые глубокие и темные уголки города. Даже имея точно описание, где и как разыскать должника, Тишина долго болталась по задворкам.

Небо хмурилось. С юга на город ползли тяжелые от влаги тучи, бурча громом и сверкая молниями. Глядя на далекие вспышки, Тишина была готова расплакаться от бессилия. Уходить от лэрта было глупо. Тащиться к Заклейменным, что не так давно гоняли её по всему городу, – что-то на грани идиотизма.

Спасаясь от надвигающейся грозы, она поспешила прочь из трущоб, когда увидела нарисованную мелом крысу. Все, как и говорил Заклейменный.

Покосившийся старый дом, что выглядит заброшенным. Заросшая дорожка. Вонь.

Великолепно.

Тишина долго мялась у входа, не решаясь войти. За все время слежки, ни одна живая душа не пересекла порога этого дома. Крыса, нарисованная мелом на стене, указывала, что она пришла по верному адресу, но дом выглядел как место, куда никто по своей воле не войдет.

- Кого высматриваешь?

Пискнув от испуга, Тишина резко обернулась. На её скучающе смотрел Заклеймённый.

Скупого света лун хватило, чтобы рассмотреть жуткие, жёлтые глаза.

- Сорок два. - пискнула она.

- А. - качнул он головой и сплюнул коричневый комок в траву - Он наверху. Заходи.

Идти туда не хотелось. Хотелось, чтобы по волшебству появился Зэван, или Зар, или Лиса или Ниоба и решили проблему. Пусть идут первыми и сами говорят с Заклеймённым.

Но их тут не было. А те что были, нуждались в помощи.

На первом этаже оказался зал в котром устроили что-то вроде столовой.

Очень, очень грязной столовой. В отличии от гуляющих по улицам горожан, тут никто не кричал тостов в честь царской семьи, не пел и не танцевал. Люди с безразличными лицами сидели за покосившимся столами, бочками и чурками, некоторые стояли у стены, покачивая мятыми жестяными чашками в руках.

На Тишину едва ли пара человек обратили внимание. В зале было не протолкнуться. Все сидели не громко переговариваясь, не поднимая взгляда. Неуютное место.