Леди Дождя

Но тогда откуда взялась «она»?! С чего вдруг рыдать, выкрикивать проклятия и бросаться на гроб, мой гроб, стала бы чужая женщина?!

Мне вспомнились так называемые «плакальщицы», женщины, которых нанимали для публичной демонстрации горя, когда прочие родственники, не очень-то и скорбящие, желали на их фоне благородно принимать соболезнования. Но нет, это вряд ли: растрепанная, с лицом вымазанным расплывшейся и размазанной косметикой, с заляпанным глиной подолом.

Потом, когда я заметил, что незнакомая дама сильно пьяна, я подумал уже, что это не я, а она перепутала церемонии и ее «дорогого покойника» сейчас опускают совсем в другую могилу, когда мама, будто вдруг обретя новые силы, сделала несколько шагов к отцу и со всего размаха врезала ему по лицу! Удар был так силен, что отец пошатнулся и из его разбитой губы брызнула кровь, а мама, будто израсходовав на этот демарш последние силы, сломанной игрушкой рухнула ему под ноги.

И только в этот момент из моих ушей будто вынули пробки и я отчетливо услышал, что именно выкрикивала та женщина! Впрочем, почему просто «женщина»? Выкрикивала Вероника Бьен! Та самая мадам-критик, которая унизила меня и растоптала мое творчество! Эта она сейчас ползала на коленях возле моего гроба и выкрикивала проклятия в адрес моего отца, самой себя и даже Господа Бога, за то, что позарилась на отцовы деньги, за то, что Бог не остановил ее и допустил, что она, «могла стать первооткрывателем таланта, а теперь будет проклята, как его могильщица!», ну и все в таком духе.

Вот кто из нас в детстве, в минуту сильной обиды, не мечтал умереть, доставив своей смертью мучения обидчикам?! Мне с этим «повезло»! Вот они обидчики и вот их раскаяние за содеянное! Однако ни радости, ни простого удовлетворения я не чувствовал — только опустошенность и тоска по тому, чего не вернуть.

Ну и что, что теперь я знаю о своем таланте? Ну и что, что отец почернел от горя и, я уверен, уже тысячу раз проклял себя за ту идею, которую он так «удачно» осуществил, проплатив «ругательную» статью в прессе о моих картинах? Ну и что? Теперь это не имеет никакого значения! Для меня, по крайней мере...