Не признанная Фениксом

― Если можно, она чуть высоковата для меня, ― стараясь спрятать своё неумение и проклиная мысленно Рона и их с Ормом сговор, приняла помощь.

Орм, тут же, обхватив мою талию своими ручищами, с лёгкостью подкинул меня вверх. Оставалось только перекинуть ногу через массивную спину, кажется, смирной лошадки.

Получилось.

Отлично.

Теперь бы тронуться.

Опять же, в теории должно было получиться и это, раз уже «на коне», но ноги стали не просто каменными: они сжали бока лошади так, что та недобро так начала переступать с ноги на ногу.

Руки тут же начали искать, за чтобы уцепиться, но кроме повода, варианта больше не было.

Для меня это было сродни — держать воздух в руках. Да здравствует обезьяна с гранатой! В моём случае целитель на кобыле.

― Что ты делаешь? ― вероятно, заметив мои провальные потуги, привести лошадку в движение, при этом удерживая равновесие, спросил Орм, уже сидя верхом на своём коне.

― Ничего, привыкаю к ней, мы же не знакомы, ― нелепо оправдалась.

― Ты не умеешь ездить верхом?

― Ну почему.

.. Просто… ― я замялась, пытаясь придумать оправдание своему конфузу. ― Ладно, не умею, ― поняв по взгляду мужа, что врать бессмысленно, призналась. Да и смысл скрывать правду, раз животинка сама всем видом это показывает. Плюс с минуты на минуту могут появиться те очень нехорошие люди.

― Иди сюда, ― чуть улыбнувшись, Орм подошёл к нам с лошадкой в упор и, перехватив меня, перенёс на своего коня.

Его "животинка" недовольно фыркнул, но дополнительную ношу принял.

― А что с ней? ― посмотрела на теперь сиротливо стоящую, но довольную от избавления такой наездницы, как я, кобылку.

― Пойдёт с нами, не оставлять же её здесь.

Ну ладно, такой расклад меня пусть и не совсем, но устраивал: всё же лучше так, нежели никак. Мы двинулись в путь, уходя от злополучной дороги вглубь дубовой рощи в направлении, видимо, Ламора. Стараясь держать спину, как можно прямее я пыталась не соприкасаться с мужем, но мужчина, похоже, мой намёк держаться от него подальше, решил проигнорировать, и на первом же повороте притянул меня ближе к себе.

Моя попытка отстраниться была наглым образом отбита крепкими объятьями, оправданными более удобным захватом повода. В итоге я сдалась, и, откинув голову на грудь мужа, стала молча вглядываться в просветы между деревьев, ожидая, когда же появится город. Орм же, словно скала, ни разу не шелохнулся: каменные мышцы его груди лишь вздымались под ровным дыханием, иногда, правда, замирая.

Я даже позавидовала такой выдержке.