Не признанная Фениксом

Попыталась вернуть внимание к мужчинам, но никак не могла зацепиться за нить разговора. Странно слова я понимаю, но они почему-то никак не складываются в связные предложения.

Первой мыслью было, что я опьянела, но вряд ли один бокал десертного вина смог бы настолько сбить с толку. Вторая мысль ― усталость, это больше похоже на правду, но тут не складывалось. Почему вдруг такая реакция?

Теперь уже обеспокоенно я глянула на мужа. Он стоял спиной ко мне и что-то говорил Лису, а потом вдруг замер.

― Что-то не так, ― резко развернувшись, он посмотрел на меня, и в этот раз я поняла произнесённое им.

Это был не вопрос, это было утверждение, после которого я только успела почувствовать, как веки стали вдруг невыносимо тяжёлыми.

Глава 24

Открыла я глаза уже в руках Орма.

Муж обеспокоенно поглаживал меня по щеке и что-то еле слышно шептал, оглядываясь при этом по сторонам, словно кого-то ждал.

Пробежав глазами по маршруту, что он окидывал взглядом, ничего подозрительного не увидела. Единственное: из непризнанных остался в комнате только их глава, который почему-то тряс за плечи ириату.

Лира с ужасом смотрела на него, и, безмолвно открывая рот, тыкала пальцем в сторону бледной Кэролайн, всё так же сидевшей в кресле.

― Что происходит? ― ухватившись за предплечье Орма, попробовала встать, но из меня будто выкачали все силы, даже голос прозвучал необычно хрипло. ― Я что, отключилась?

Сопротивляться моему желанию встать на ноги, Орм не стал, но и не выпустил из рук, став моей опорой, пока я ловила равновесие.

― Очнулась? - Первым прокомментировал моё пробуждение Лис, оторвавшись от Лиры. ― Стоишь? Отлично, у нас тут проблемка образовалась. Похоже, без тебя не обойтись. Ребята, что-то задерживаются. Не нравится мне это.

― Что происходит? ― повторила вопрос уже увереннее.

― Здесь чужие. Кто-то сумел пройти на территорию особняка, ― стараясь спрятать беспокойство за своей каменной маской, тихо заговорил мирэ, чуть сильнее прижав меня к своей груди, ― ты потеряла сознание, а мы…

Здесь Орм замолчал и, развернув меня к себе, вдруг затараторил, сбрасывая свою ледяную иллюзию, изображающую спокойствие, обнажая передо мной все грани тревоги.

― Ри, послушай меня и прошу, выполни то, что я тебе сейчас говорю, ― бегая непривычно тёмным, но всё ещё огненным взглядом по моему лицу, он сжал мою ладонь с печатью так сильно, что я невольно зашипела от боли. ― Ты должна сейчас же, слышишь, сейчас же уйти в комнату, где была Ара.