Шахматный клуб (Книга третья)

Там правила, если они и существовали, были известны только одной стороне. Очерёдность ходов отсутствовала в принципе. И главное — цель игры была нам неведома.

Размышляя на эту тему, я не только не дождался оплошности противника, но и сам сначала сдвоил пешки, ухудшая и без того свои шаткие позиции, а потом ещё и зевнул шах, который оставил меня без рокировки, так что мой король, беззащитный перед армией противника, буквально умолял меня сдаться.

Однако капитуляцию пришлось отложить, потому как в клуб нагрянул муниципальный депутат Любомир Спиридонович.

Мне показалось, что он не ожидал меня здесь застать, однако гость уверял в обратном: мол, проезжая мимо на регату, он узнал о моём местонахождении и решил пообщаться, так сказать, без официоза. Вид у гостя был соответствующий: тонкие джинсы и футболка, а также светлые мокасины — всё это подтверждало его слова. Тон у Любомира Спиридоновича был мягкий и находился в диапазоне где-то между дружеским и отеческим.

Начало разговора напоминало светскую беседу: я поделился тем, что гость мне напоминает одного артиста, и спросил, нет ли у него родственников среди представителей этой профессии.

Видно, что депутату было приятно это услышать. Он красиво рассмеялся.

— Странно, что ещё кто-то смотрит те фильмы, — с нотками ностальгии в голосе проговорил Любомир Спиридонович. — Каюсь, был грешок. Студентом института физкультуры подрабатывал каскадёром на «Мосфильме». Я тогда совсем иной комплекции был. А потом и в массовках, и в эпизодах играл.

С какими людьми довелось на площадке повстречаться… — бывший каскадёр даже остановился, вспоминая прошлое. — Спасибо, юноша, что напомнили.

После этого гость попросил разрешения осмотреть помещение клуба и всё, что к нему примыкало. Сказал, что наслышан о выступлении в суде нашего адвоката, и пошутил, что при случае уведёт её у нас. В заключение депутат пожал мне руку и, глядя в глаза, произнёс:

— Вам лучше признать поражение. Шансов-то у вас никаких.

— В смысле? — не понял я угрозы, пусть и произнесённой в приятной и доброжелательной манере.

— Ну вы же за чёрных играете? — кивнул депутат на доску, где у меня была проигрышная позиция.

— Да, — ответил я.

— Вот я и говорю, что у соперника инициатива и больше ресурсов. Сдавайтесь, Лаврентий Дмитриевич, пока не поздно.

Когда Любомир Спиридонович покинул клуб, я с тоской посмотрел на позицию, и она мне показалась ещё хуже, чем была до перерыва.