Фигуры теневого мира

– Без моего ведома?

– Всё верно, – безразлично протянул он и прежде чем девушка успела хоть что-то сказать, остановил её движением руки, – Сколько времени вам нужно на передачу информации Николасу?

– День-два, – опешив от столь резкого вопроса, пролепетала она.

– А сколько нужно, чтобы создать подделку?

– С чего вы взяли что я…

– У вас развиты обе руки, отличное зрение, а ещё великолепный почерк. Вы умеете подделывать документы, но держите этот навык втайне, почему?

– Это не относится к делу.

– Что ж, вы правы, – согласился он, – Ну так сколько времени?

– Немного, – нехотя ответила Беатрис.

– В таком случае приступайте.

Гробовщик пододвинул к ней пухлый конверт. Не веря своим глазам, девушка достала из него стопку листов, исписанных мелким почерком. Это было завещание.

– Но как? – прошептала она.

– Увидите, – с довольной улыбкой протянул мужчина, явно наслаждаясь очередной своей победой.

***

Гробовщик любил свою жизнь. Пусть его проклинали, а некоторые даже боялись несмотря на ненависть и порицание, он не видел в себе никаких недостатков.

Его часто упрекали за высокомерие и отсутствие сострадания, за жестокость и непримиримость. Вот и сейчас, он готовился к новой партии.

В голове вновь прозвучал голос отца. Очередное наставление, такое изящное, словно бы эти беседы они вели во дворце. Раньше Стефан не понимал к чему весь этот пафос, но став старше, осознал жестокую иронию: «А сегодня я покажу тебе одну очень занимательную игру. Аристократы сильно полюбили её, но никто из них даже не подозревает, что шахматы создали мы! Наше ремесло так похожее на политику, дало им ощущение контроля.

Вот смотри, есть пешки, есть более высокоранговые фигуры, но всегда есть тот, кто управляет всеми».

Перед мысленным взором сразу же возникла картинка, как скрюченные пальцы, со следами ожогов передвигают деревянные фигуры. Совсем простые, вырезанные без особого мастерства, но в которых угадывались знакомые черты.

Однако этим мыслям не суждено было перерасти в нечто большее, ведь Сельбар Олейри уже переступил порог кабинета.

«Поразительная жестокость! Интересно, был ли и сам покойный таким же гнилым или это исключительный случай?» – думал он, глядя на отпрысков Герхарда.

Заняв место покойного, мужчина планировал отыграть свою роль сполна. Где-то в глубине души вновь зажёгся уже привычный азарт. Справа стоял Ричард, слева – Беатрис, а душа тем временем требовала драмы.

Весь день он потратил на размышления, прокручивал в голове разные варианты.