Выше неба

И всюду видел угрюмые лица, а ещё настороженность, ненависть, страх. Ни надежды, ни радости! Последим Гирхато заметил сатира на цепи и сквозь зубы выругался.

- За что?

Тот вскинул на него вызывающе-горький взгляд.

- А ни за что! Просто так. Как талисман здесь сижу.

И избитый, полузамученный нелюдь отвернулся. Пояснил всё Мирес Касубар, с пренебрежительной ухмылкой поглядывая на растерянных демонов Майда:

- Некоторые считают сатиров символами мужской силы и сластолюбия, вот и заводят себе живые амулеты.

Гирхато недовольно прищурился. Да, сатиры были слабее демонов, но обычно их не трогали, всё-таки магическая кровь, вещие сны и волшебная игра на свирели. Новый лорд без колебаний снял ошейник с нелюдя:

- Как тебя зовут?

- Дато, - парень потрогал красную воспалившуюся кожу на шее.

Крылатый присел перед ним на корточки:

- Дато, здесь была девушка. Новенькая, смертная… Где она?

Сатир указал на Факел – высокую чёрную башню. И Сейверан, оставив Дорсена разбираться, помчался наверх.

- …Милория! - он испуганно сглотнул, глядя на фигурку в распахнутом окне. - Это я, душа моя!

Девушка узнала вошедшего, со стоном выдохнула, сгибаясь, словно от невыносимой боли, и расплакалась. А демон, подбежав, быстро снял её с опасного узкого подоконника.

- Я так боялась, что вы не успеете, - смертная прижалась к нему, обхватывая за шею.

- Я успел.

У Гирхато внутри всё горело от её слёз. А глядя на «ложе любви» и представляя, что здесь было бы, опоздай он, накатывала слепая ярость.

- Не бойся, любимая. Я рядом!

- В том-то и дело, мой лорд, - в дверях стоял мрачный Райхон Дорсен. - Пока ты рядом, Милория в опасности.

Сейверан ничего не ответил, лишь взглядом велел другу замолчать. Тот сокрушённо вздохнул, но послушался, а за его спиной топтался освобождённый сатир. Лорд перевёл на него внимательный взгляд:

- Моё имя Сейверан Гирхато, этот домен теперь принадлежат мне. Я чту древние законы.

Нелюдь настороженно поглядывал на мужчину, неуверенно цокая по камням.

- Я передам.

- Ступай, Дато! Ты свободен.

Сатир, попрощавшись, покинул дворец и рванул в родные леса, только пыль взлетела из-под чёрных копыт. А Сейверан укутал возлюбленную в покрывало, успокаивающе поглаживая по спине.

- Прости меня, девочка, что не уберёг.