Про вертолёт, княжну и крестоносцев

Только я в силу свыше по-своему верю. Не так, как вы учите. Тебя твой бог кормит и поит, вот ты ради него и стараешься. Не обессудь, но каждому своё.

- Богохульник окаянный! - Как ни старался выражаться осторожнее, попа Саша своими словами рассердил. - Светлейший, прикажи с него шкуру содрать, али погнать палками взашей, откуда пришёл.

- Прогнать завсегда успеется, отец Никанор. - Александр Светлый пригладил аккуратно постриженную бороду и отхлебнул из позолоченного княжеского кубка. Довольно крякнул, провёл указательным пальцем по усам, смахивая с них капли.

- Не изворачивается гость наш и молвит так, как мыслит. И тем мне приглянулся. Подойди, Александр, покажи, что заместо крестика у сердца носишь.

- Милостивейший… - начал было воевода.

- Пусти его, я так сказал! - грозно рявкнул правитель.

Копья разомкнулись, Саша подошёл, вытащил из-под тельняшки пару металлических пластин на цепочке и протянул князю, не снимая с шеи.

Тот внимательно рассмотрел, потрогал на ощупь.

- Цифирь на железе. А письмена не нашенские. Ты взаправду веришь, что этакие бляшанки защитят тебя лучше креста православного?

- Не в том дело, князь. По этому номеру меня опознать можно будет, если убьют.

- Э́вона как… Дельно придумано. - Он поглядел на стражу у дверей. - Слышь, воевода! Можно бы и нам чего-нить подобного дружине смастерить. Как мыслишь?

- Сделаем, коли прикажешь, светлейший. Потолкую с кузнецом.

- С деревянных начнём покамест, чай не сгниют.

- Князь хмыкнул от своих рассуждений. - Много об чём хочу ещё попытать у тебя, гость наш Александр. Однако, дело к обеду, а на пустой живот какое толковище? Отобедаем, чем Бог послал. Не побрезгуешь нашей трапезой?

- Как можно, князь. Присоединюсь с радостью.

- В таком разе занимай место по правую руку за братом моим Всеволодом, - указал князь.

Очевидно, место почётное, если судить по недовольным выражениям лиц присутствующих. Всунулся, дескать, выскочка непонятный.

Места расписаны согласно рангу: чем выше должность – тем ближе к князю. На дальнем краю у дверей расположился воевода, а стражники вообще на ногах остались и расположились по периметру на солидном расстоянии.

Дальнейшее развитие событий напоминало вырезку из фильма «Иван Васильевич меняет профессию». Только яства вместо неказистых слуг подавали три миловидные барышни лет по семнадцать отроду, в ярких сарафанах и с длинными косами.