Про вертолёт, княжну и крестоносцев

- Ох, умаешь ты старика. - Воин в тяжелой кольчуге едва поспевал следом за молодым хлопцем.

Бросив мешковину под вертолёт, залётный лётчик, соскальзывая по настывшему фюзеляжу, забрался наверх к винтам. Снега на стальную "Акулу" уже налипло прилично.

- Подавай одёжку, воевода! - уцепившись одной рукой за лопасть, он свесился вниз.

- Осторожней там. Держись крепче, паря. - С отеческим наставлением Никита Фомич протянул Александру мешок, закрываясь ладонью от летящих в лицо ледяных снежинок.

Почти не обращая внимания на метель, пилот, как мартышка по лианам, шустро перемещался по лопастям.

Пару раз едва не сорвался. Оперативно обмотав все восемь лопастей и надёжно зачехлив сопла двигателя мешковиной, Саша спрыгнул на землю.

- Стекло! Лобовое стекло накрой, Никита Фомич. Там крючки по бокам есть, за них цепляй. Только снег смахни сперва. - Пока воевода справлялся с указанием, Саша раскапывал руками наметённый сугроб у стойки шасси и едва слышно приговаривал. - Сейчас, сейчас брат. Потерпи немного.

- Ишь ты… Ты с ним, как с живым, балакаешь.

- Присев рядышком, воевода принялся помогать.

- Нельзя по-другому. Техника всё понимает. Как ты с ней – так и она с тобой. - Эту истину Саша усвоил на личном опыте. Ему мотоцикл однажды жизнь спас: взбрыкнул и сбросил с себя, когда они прямо в грузовик летели. Никогда раньше не падал, а тут такое… Чудом выжил тогда лихач. А байк погиб под колёсами фуры. Но Саша не бросил своего двухколёсного друга. Два года по кускам собирал, плакал над ним, прощения просил…

Последняя стойка была наконец откопана и плотно замотана мешками.

Саша вытер пот со лба и выдохнул:

- Ну вот, теперь порядок. Не замёрзнет.

А воевода продолжал с удивлением поглядывать на странного хлопца. Вздохнув, он неожиданно произнёс:

- Ты не серчай на меня, Александр, ежели што… На-ка вот, забери штукенцию свою, - покопавшись за пазухой, воин протянул Стечкин. Рукоятью вперёд – запомнил, как правильно передавать. - Токма ты меня за дурня не держи. Мыслю я, что не для кидания она и не для пролома голов вражьих.

- Ясно дело, что не для этого. - Саша улыбнулся и спрятал АПС в кобуре. - Огнём эта штукенция плюёт. Не таким сильным, как зверюга моя летающая, - он хлопнул ладонью по фюзеляжу, - но человека продырявит запросто. Пистолет называется, дальше и надёжнее любого лука стреляет. - Отряхнувшись от снега, пилот подал воеводе руку. - Спасибо, Никита Фомич. За помощь и за то, что оружие мне вернул. Ты не переживай, я ни в кого стрелять не стану.