Хрупкий цветок

По толпе, конечно, пробежали шепотки, когда в жене Риана Тагрэ узнали «ту самую виконтессу Линден». Ведь одно дело перемывать косточки женщине за которую никто не вступится. А супруг первым отпустит на ее счет пару шуточек о том, что в постели она напоминает тухлую рыбину. В сугубо мужской компании, разумеется. Но разве от этого ее положение становилось менее унизительным? Те мужчины рассказывали об этом своим женам и любовницам. А уже они – своим подругам.

О герцогине, чей муж водил дружбу с кронпринцем, в открытую сплетничать опасались.

Вдруг его светлость решит, что это на честь его рода тень бросает?

Риан вздрогнул, когда его пальцами завладела маленькая ладошка, а Эда трагическим шепотом попросила разрешения полечить вон того мальчика. Мужчина послушно взглянул в сторону, куда указывала приемная дочь. Прямо на траве под раскидистым дубом сидел изможденный подросток с черными глазами. Один. Как, впрочем, и всегда.

– Это принц Гор. Он не болен.

– Но ему же плохо, – не согласилась девочка.

– У него очень сильный дар.

Пока он не научится его контролировать все будет так... – Риан поморщился, вспоминая собственное детство. Боль, которая терзает разум и тело даже во сне. Некромантия не даётся легко. Моране нужно доказать свою стойкость. Не сможешь – умрёшь. Но через это проходят все. – Гор сильный. Он справится. Со временем.

Девочка отвернулась и дернула Лили за край юбки.

– Мам?

– Милая, может быть, ты спросишь разрешения у того, кого собралась лечить? Это решение должен принимать только он.

Невежливо принимать такое решение, не спросив его самого.

Эда кивнула и побежала к принцу.

– Гора невозможно вылечить потому, что он не болен, – с некоторой долей раздражения процедил герцог, глядя в глаза жене.

Но это ее ни в малой степени не смутило. Она лишь флегматично отозвалась:

– Вылечить никто и не предлагал. Эда хотела его "полечить". Ему станет лучше

– А потом наступит откат, – холодно произнес кронпринц, подошедший к Лили из-за спины. Мужчина позволил себе лишь нотку неудовольствия.

Злиться на малышку пяти лет, он не мог. Дитя же неразумное. К тому же леди Тагрэ проявила редкостное благоразумие, предостерегая дочь от ошибки. Некромантов опасно лечить без их на то согласие. Однако, бескорыстное желание помочь незнакомцу нельзя душить в зародыше.

Лили сделала книксен. Сложила руки под грудью. И даже потупила взгляд, но ответила спокойно, без малейшей доли смущения:

– Маленькие целители не произносят заклинаний и формул.