Дракон медведь и попаданка

— Что ты в них понимаешь в бабах, — хлебнул гадкого самогона, который сразу продрал горло, и перекрыл дыхание.

— Да получше тебя разбираюсь, — Айдар стянул сапоги распространяя такой запах, от которого глаза заслезились. — У меня дома пять сестер и десять племянниц, как думаешь много я знаю как девок успокаивать.

Я хмыкнул, медведь любил свою семью и девок своих любил, готов за каждую порвать любого. Но я не разделял его преклонения перед женщинами. Их дело рожать и слушаться во всём мужа. Если только они не магини света.

Перед внутренним взором серые глаза, которые смотрят с сомнением и алые губы, кривящиеся в усмешке...

Да как она смеет сомневаться в моём предложении. Я рыкнул и допил из стакана сивуху. Скоро приедем в Рейн и там я наконец—то найду нормального вина, а не эту дрянь и отымею Сарку, если не сбежала с каким мужланом. Сарка знает, что мне нужно, молчит и не выводит из себя.

— Ты уверен, что у нас получится ее скрыть, — не унимался медведь. — Сможешь ее прикрыть если вдруг пронюхают королевские маги.

Отобьют ведь малявку.

— Айдар твое дело вовремя рот свой прикрывать да защищать нас. — Я выдохнул. — Справлюсь я с ищейками.

— И не жаль тебе ее, — медведь точно напрашивается на трёпку. — Хочешь, чтобы она с нами по пустошам ходила, сам знаешь как это опасно. Она маг света, это и благо, и приманка в пустошах.

— Да что ты разнылся, — я со стуком поставил на стол стакан, настроение катилось вниз и хотелось кого—нибудь потрепать.

Оборотень остерёгся отвечать, мы уже выяснили кто из нас сильнее.

Я дракон и могу быть и айром и гиром, в человеческом теле я маг, и могу сказать не последний маг, в теле дракона я щит, блокирую магию и встречаю противников своим телом.

Но в последнее время с драконьей ипостасью у меня проблемы. Нет, между нами, связи, единения, дракон хочет гнездо, самку и потомство, а я поклялся, что больше не одна юбка, не сможет привязать меня к себе. Хватило один раз оказаться в роли обманутого жениха, чтобы понять, что все бабы лживые суки.

Кто больше даст к тому и ластятся. Нет любви, о которой воспевают поэты, нет единения душ, как мечтают драконы. Если у тебя есть золото, власть, земли, любая самка станет твоей. Я добуду все это, а потом буду выбирать, на глазах своей бывшей невесты, Амеи, чтобы она слюнями подавилась.

Вот бездна! За эти годы я почти забыл, как она выглядит, но злость от ее вероломного поступка у меня не прошла. Я хочу мести! Хочу, чтобы брат понял, кого пригрел на груди.