Империя Раздолья 3: "Башня"

Маг отшатнулся, перехватывая острый клинок рукой, упёршись ледяным взглядом в белёсые, практически без радужки глаза императора. Он что-то говорил, судя по шевелению губ. Убить? Не убить?..

— Shian… — Тихий шёпот среди прочего гомона прозвучал слишком отчётливо.

Жан обернулся, в поисках источника этого звука. И встретился с её глазами. Боль… Это была её боль. А эти люди…

— Shian!..

Все болезненно сжалось внутри, серые краски окружающего мира начали неприятно мерцать перед глазами, — то ярче, то темнее.

Лезвие двуручника треснуло пополам, сломавшись в руках мага, как сосулька. Но оно уже было и не нужно. Жан отбросил в сторону рукоять, хватаясь за голову, протирая глаза. Неприятная слабость накатывала всё больше. Зато возвращалась трезвость рассудка и способность мыслить более широко и логично.

— С возвращением, чудовище… — Лео, зажав кровоточащую, регенерирующую ладонь, пытался отдышаться.

— Хасси… — Жан опустился на колени рядом с ней. Больно. Ей было очень больно! императрица опустошённо посмотрела на него.

— Они забрали Диармайда. — Леонелль устало опустился рядом.

***

— Это открытая война, Леонелль. Ковен за это ответит.

— Нет никаких доказательств, что это дело рук ковена. Хотя лично я склоняюсь к той же версии.

— Тебе мало того, что у меня в фаворитках две засланные шпионки из этой их …школы?!!

— Я согласен, что это был неразумный ход с их стороны. Но, может, сначала допросим ту, рыжую, что чудом осталась жива? Она не может говорить, — ты её практически придушил, дружище, и я не всесилен.

На восстановление уйдёт время, а его у нас нет. Но я могу просмотреть её память. Больше того — я на этом настаиваю!

— Девушку сейчас приведут, — заметил пожилой Лесск. — Никогда бы не подумал, что ваши способности могут пригодиться в подобном деле, эрл Теор Коин.

— Мои способности бессильны против заговора.

Жан сидел в кресле, уставившись в одну точку. Они уже битый час пытались понять, куда и кто мог забрать наследника императорского престола.

Во дворце царил хаос. Хватали и допрашивали всех без разбора, сильно раненный Йонар Дерраши против приказа императора продолжал поиски и особо подозрительных допрашивал лично. Жан об этом знал, и махнул рукой, понимая, что сейчас любая помощь будет не лишней.

В дверь робко постучались, и император метнулся к ней прежде, чем та открылась. На пороге стояла Хасси. Бледная, осунувшаяся и ослабшая. Она посмотрела на него глазами полными слез.