Империя Раздолья 3: "Башня"

Успели ли они? Есть ли кто-то, кого ещё рано хоронить? Хасси вздрагивала всем телом каждый раз, когда попадались человеческие искореженные тела. Пробравшись в очередную комнату, сквозь обрушенный проем двери, она хрипло вскрикнула. Возле алтаря, придавленный плитой, лежал на боку, неестественно вывернув руку, беловолосый маг. Его лицо и одежда были в крови, а сам он не дышал. Иньяр с трудом пробрался через обрушение, но двинулся дальше, минуя эту залу.

Хасси попыталась заклинанием сдвинуть плиту, но получилось не сразу.

Она сильно устала, вымоталась и хромала. Стараясь не обращать внимания на боль, всё же справилась с несчастной плитой! А Лео… Действительно не дышал. Она коснулась его шеи, нащупывая пульс, затем груди. Поздно. Слишком поздно. Из глаз брызнули слезы, дыхание перехватило. Её и так трясло и воздуха не хватало. Подобную смерть и врагу не пожелаешь!

— Лео… Леонелль! Нет, это неправда… — Шептала и гладила дрожащей рукой светлые волосы мага. Он сражался за них… до конца!.

.

— Хаграни!

Из соседней комнаты показалась кряжистая мощная фигура Иньяра. Он странно смотрел на неё. И она всё поняла. Медленно поднялась на ноги, шатаясь, и так же медленно двинулась к нему, с каждым шагом теряя ощущение реальности. Настолько, что хотелось смеяться!

Он заступил дорогу, не отводя глаз.

— Драк-Хасси и рода Шейпси. Ты сильная женщина. Ты справишься с этим. Я в тебя верю. — Ещё несколько шагов улыбающейся женщины. — Я с тобой, моя хаграни, с тобой весь драконий род.

Мы не оставим тебя.

Она подошла вплотную, широко улыбаясь. Бледная, с пунцовым жаром на щеках и горящими драконьими глазами.

Иньяр понимал одно. Если он заберёт её сейчас, то она до конца своей жизни будет верить, что всё ещё можно изменить. И пускай она увидит сейчас то, что, возможно разорвёт её сердце, но… Куда уж больнее. Если бы это была его Заранаш, возлюбленная жена, он сошёл бы сума от горя.

— Хасси… Ты действительно хочешь это видеть?

Женщина задрожала, улыбаясь, а по щекам лились нескончаемым потоком слезы.

Обречённо вздохнул, отвернувшись и пряча взгляд. — Я буду здесь.

Она в отупении смотрела в тёмное пространство перед собой. Там, в следующей разрушенной комнате, её ждёт смерть. Потому что без любви жизни нет. Меленькими шагами, превозмогая себя, пересиливая и всхлипывая, двинулась к проёму. Шаг за порог. Груды тел — изувеченных, изуродованных.