Белая Роза

Длинные темные волосы убраны в аккуратный хвост, на лбу очки, похожие на гоглы. Укутан в серый плащ с металлическими вставками, а на кожаном широком поясе в кобурах прятались два пистолета.

Следом подтянулись уже все остальные. Кухня оказалась тесноватой для такой большой семьи, но это никого не волновало. Они принялись беседовать, обсуждая планы, будущую сделку и последние новости из города. Я старалась аккуратно передвигаться между всеми этими телами пугающе разных рас, и раскладывать еду, особо не пялясь на невиданных ранее мной существ, ибо невежливо.

Видя, как ловко выходило у Адель с чашками в руках лавировать между пиратами, я завидовала. 

Время от времени ловила на себе косые взгляды и насмешку, пытаясь игнорировать их и не включать в себе мстительность. А то я-то могу и соли больше нормы положить, или же перца. Вон, на верхней полке чили лежит. Приятное же дополнение! Только вот страх за свою жизнь не давал разойтись.

Но особенно меня удивила просьба о добавке. Это намек на то, что мало, или то, что пришлось по нраву?

Я повторила порции.

Хотя да, для некоторых это очень мало. Как бы третьей добавки не попросили. У меня ее просто не было!

Но, ура, пронесло. Виктор отставил приборы и поднялся из-за стола с королевской грацией, сразу же удаляясь. Остальные быстро разобрались со своей едой и побросали ложки-вилки, мигом исчезнув из моего поля зрения. 

На область очередной работы я смотрела как на поле прошедшего боя. Хотелось рвать и метать, а также мучительно застонать.

Только вот улыбающаяся мордашка Адель слегка скрашивала обстановку. И даже спасибо никто не сказал, и как по вкусу пришлось. Хоть реви.

— За работу? — я со вздохом посмотрела на нее, и получила кивок от сверкающей от счастья девочки. 

Я стояла перед дверью и переминалась с ноги на ногу, пытаясь взять себя в руки и ворваться в комнату Виктора. Но на мысли меня только и хватало.

За всеми делами и возней на кухне Адель попутно рассказывала о капитане, о его подвигах, занятиях и работе.

И с каждой новой историей у меня от ужаса сердце замирало. Вроде бы он тут половину команды спас, проявляя участие и сопереживание, но оказался мстительным и жестоким человеком, то есть оказывается альвом, а не эльфом. Благородство было ему не чуждо, но только в том случае, если там пахло выгодой, в противном — Виктор даже не дергался. Но Адель мастерски описывала его с лучшей стороны, ставя на показ достоинства и умалчивая о кровавых недостатках.