Кровь ведьмы

– Мой сын – мне с ним и разбираться!

– Тебе с ним разбираться, а нам потом от хвори загибаться?! Дудки! Нарушил закон – пусть хоть в поле спит! Нет ему в деревню хода!

– В каком поле?! Да у Марьяны был, коль не верите, у неё спросите, нет там хвори! – попытался оправдаться Мирон, но внезапно запнулся и хрипло закашлялся на полуслове.

Услышав его кашель, деревенские как обезумили. Закричали в несколько голосов бабы:

– Хворый! Хворый! Гоните его, гоните отсюда!

– А ну пошёл! Пошёл! – заревел медведем один из мужиков.

Власа узнала низкий бас кузнеца, а если уж тот решил вмешаться, значит, сыну старосты и правда придётся несладко.

– Да стой ты! Опусти вилы, бесноватый! Ухожу я, ухожу! – испуганно закричал Мирон.

– Опусти вилы! Если ты только тронешь моего сына… – заголосил следом его отец.

– То что?! Что ты мне сделаешь?! Подраться хочешь?! Так выходи на кулачный бой, я тебе быстро тумаков дам! – ревел в ярости кузнец.

– Ты на кого руку поднимаешь, дубина?! Я староста! Совсем что ли зарвался?

– Это кто ещё зарвался?! – видать от злости и правда кузнец разума лишился.

Против старосты идти, значит, закон княжий нарушить…

– Людей чуть что – так розгами сечь, да из деревни гнать! – поддержала его всё та же голосистая баба, – а отпрыск твой с хворью явился, так пусть хоть все тут полягут?!

На этот раз следом за ней подняли крик и остальные.

– Да гнать надо, что сынка дармоеда, что папашу его! Нового старосту изберём!

– Сколько можно людей дурачить?! Закон один на всех!

Власа с замиранием сердца слушала их перепалку.

Неужели и правда нового старосту изберут? И кто же теперь будет?

Послышался снова хриплый кашель Мирона, который стоял чуть в отдалении от разозлённых людей, отчего все крики стихли.

– Оставьте отца в покое. Ухожу я, – с этими слова сын старосты развернулся и пошёл к воротам.

– И до конца хвори не вздумай вернуться! – заголосила ему в след баба в платке.

Староста тоже подался было за сыном, но остановился.

– Мирон, ежели и вправду захворал, к знахарке иди! Не дури только! – крикнул он сыну, но тот только отмахнулся.

Вся это видела Власа в щели между досок, да только вовремя уйти не успела. Мирон вышел из ворот и увидел её в нескольких шагах от себя. Власа застыла, как вкопанная, не зная, как себя вести. Только бы деревенским не крикнул, что она тут втихаря у забора ошивается… А то после её прошлой ворожбы, разгневанный люд неизвестно что учудить может.